Читаем В страну Восточную придя… полностью

Кроме четырех десятков пассажиров-переселенцев пароход вез в трюмах на Дальний Восток целую тысячу солдат, парней молодых, любопытных. Впрочем, всем было интересно побольше узнать о Дальнем Востоке, где придется жить, служить, кому и недолго, а кому и вечно. Хорошо, что среди пассажиров первого класса ехал владивостокский городской голова господин Маковский, человек веселый, словоохотливый, большой патриот своего края и города, заинтересованный привить интерес людям новым к дальней российской окраине. Почти ежевечерне, когда немного спадала дневная жара, он, окруженный любопытствующими, начинал рассказ. Видимо, он был неплохой психолог, потому как заприметил, что там, где кучка, еще люди приткнутся, еще любопытствующих добавится, потому и пошел к переселенцам; с кем, как не с ними об истории освоения края гутарить, о житье-бытье на новом месте лясы точить, уж у них-то к этим делам особый интерес, ушки на макушке, слушать станут рты пораскрывши и уж сюда-то, едва ли не мигом, все население парохода перекочует.

– Манят человека неизведанные дали. А если к любопытству – что там, за горизонтом – добавляются еще и существенные интересы, нет, о наживе ли речь, коли, пускаясь в неизведанное, можно и голову потерять, а интересы практического свойства: что за земли там лежат, плодородны ли, богаты ли леса зверем, реки- рыбой, много ли народу живет в тех местах, таровато ли а и торговлюшку какую завести; впрочем, если народцу местного маловато, то и самому не осесть ли на землях удобных, в краях щедрых, среди людей мирных, не воинственных? Отсюда и стремление русского человека в Сибирь бескрайнюю. Отразив татаро-монгольское нашествие и окрепнув государственно, стала Россия-матушка посылать своих сынов на восток, прирастать Сибирью. Славный Ермак Тимофеевич, основав город на реке Тоболе, положил начало широкому проникновению в Сибирь, на море Охотское, в Камчатку, Русскую Америку. И на Амур, на Дальний Восток. Тяжел и долог был тот путь, многие опасности поджидали сильных духом охотников за неизведанным, не единожды приходилось возвращаться им, исчерпав силы и средства и не достигнув цели намеченной. Но, отдохнув и набравшись сил, снова и снова пускались они в опасный путь, снова и снова принимались осваивать земли новые, закладывать остроги, умножать могущество и расширять землю Русскую. Атаман Поярков, отправившись со своим отрядом в 1643 году из Якутска вверх по Алдан-реке и перевалив Становой хребет, по Зее спустился на Амур-батюшку и на плотах скатился в море Охотское. Он и был первым русским человеком, прошедшим Амур от истоков до устья и указавшим удобный водный путь к Океану Великому. Семь лет спустя Ерофей Хабаров со своей дружиной вольных охотников, ранее прознавши об открытых богатых землях и получив дозволение воеводы Якутского, пустился в опасный путь и основал на Амуре острог Албазинский. С тех пор и началось широкое освоение Амура. Все новые и новые отряды казаков, промышленники пушнины и искатели золота, а иной раз и люди беглые через Якутск и Становой хребет, либо через Забайкалье выходили на бескрайние амурские просторы и основывали здесь острожки, садились на землю основательно, распахивали пашенку и огороды, крепкие дома строили, обзаводились женами – русскими редко, за неимением, а все более из местных красавиц, и радовались, глядя на детишек. А уж коли домами и пашнями обзавелись, да те дома голосами детскими заполнились, значит прочно осели люди, без оглядки считают освоенные земли своими и своею волей не расстанутся с ними никогда, разве что великим принуждением…

Молодые хлопцы-солдаты слушали внимательно, а Степан с Марьей при последних словах переглянулись, погладили по вихрам сидевших рядом сыновей и почувствовали себя более уверенно. Ведь червь сомнения который день неотрывно грыз изнутри: а не напрасно ли бросили место обжитое, дедово, и сломя голову пустились в такую даль.