Читаем В стране заоблачных вершин полностью

Легко можно понять возмущение и гнев непальцев, когда они видят, как в течение одной ночи из храмов исчезают изображения богов, оконные рамы и даже резные подпорки ажурных крыш пагод, не один век упорно противостоявших резким перепадам температур, жаркому солнцу и ливневым дождям и даже страшному землетрясению 1934 года, когда были повержены в прах целые селения. Та же участь постигла небольшую, ничем на первый взгляд не примечательную пагоду, каких здесь тысячи. Она не была разрушена землетрясением, хотя и находилась неподалеку от уникального памятника непальского зодчества храма Махабодхи, который украшали девять тысяч резных изображений Будды. Махабодхи остался лишь в памяти народной, а пагода, выстояв перед стихией, пала жертвой варварского грабежа.

В конце марта 1978 года мое внимание привлек очередной номер газеты «Райзинг Непал»: па первой полосе я увидел статью под заголовком «На смену грабежу приходят охрана и забота». В статье говорилось, что осквернение храмов в одну ночь превращает заурядного грабителя в миллионера и становится не только частым, но и, можно сказать, регулярным явлением и если не принять самых решительных мер, то потери окажутся невосполнимыми.

Казалось, взять бы да и выставить полицейские отряды возле храмов и произведений искусства, и пусть они тщательно охраняют их. Но где найти такое количество солдат и полицейских, ведь, по словам непальского исследователя Нагендры Шармы, богов в Непале около 330 миллионов, и это при населении более 16 миллионов. Если даже предположить, что хотя бы один из ста богов воплощен в камне, дереве или в полотнах с нетускнеющими с годами красками, то даже тогда выставить такую охрану просто невозможно. Кто знает, может, фантастическая цифра «330 миллионов» не так уж далека от истины, ведь в настоящее время в Непале официально зарегистрировано — иными словами, должным образом описано — 20 тысяч памятников, причем работа эта находится на начальном этапе.

При таком изобилии памятников старины, конечно, трудно обвинять непальцев в невнимательном отношении к творениям своих предков. Нельзя утверждать, что все пагоды уже отреставрированы и сверкают первозданной красотой, ведь это мероприятие не простое и не дешевое. Убедиться в этом можно, лишь познакомившись с восстановительными работами, проводимыми в средневековом королевском дворце Хануман Дхока.

Завоевав Большую долину, король Притхви Нарайян Шах решил увековечить свою победу пристройкой к средневековому дворцу династии Малла трех башен, олицетворяющих три покоренных города в Долине — Лалитпур, Киртипур, Бхактапур. Причем каждая башня была сооружена зодчими именно того города, в честь которого получила название. Отсюда — не только неповторимость архитектурных стилей, но и разительное отличие отделки, ведь строители, как утверждают старожилы, пользовались сокровенными секретами мастеров своего города при возведении стен и перекрытий, при отделке и даже при изготовлении… кирпичей. Строители одной башни никак не соглашались помогать своим коллегам, воздвигающим пагоду по соседству, в выполнении даже самых второстепенных работ.

Строения эти были сооружены на совесть, что проявилось во время землетрясения 1934 года. Все пагоды устояли, лишь башня Лалитпура слегка наклонилась к югу, в сторону Нью-Роуд — самой оживленной улицы Катманду. Однако последствия землетрясения все-таки сказались на состоянии сложных внутренних конструкций. С годами они дали о себе знать. Кровля многоярусных. словно воздушных строений, предохранявшая в течение почти двух веков сложную систему деревянных балок и подпорок от муссонных дождей, стала пропускать губительную влагу, а на фундаменте и в кирпичной кладке появились сначала практически невидимые трещины, которые стали быстро разрастаться.

И вот в 1971 году с помощью ЮНЕСКО специалисты приступили к реставрации пагод, правда, не совсем обычным способом. Реставраторы при необходимости должны были заменять пришедшие в негодность конструкции. Новые следовало обязательно изготавливать из местного материала и тем же методом, что и старые.

Реставраторы столкнулись с большими трудностями. Стены пагод были сложены из полированного кирпича телиа. Способ изготовления его оказался полностью утерянным, и реставраторам ничего не оставалось, как засучив рукава искать забытый временем секрет телиа путем многочисленных экспериментов.

На глазах у публики реставраторы смешивали в различных пропорциях глину с маслом, заполняли формы полученным раствором, и получался… кирпич, похожий на телиа лишь по форме, да и то с большой натяжкой. Вновь и вновь пытались они на ощупь найти потерянный секрет изготовления телиа.