Это неизбежно должно было закончиться чем-то большим. Груди Рейчел, крепко прижатые к его телу, набухли и ныли от желания, которое жгло ее изнутри. Она ощущала жар его ладоней на своей шее, плечах. Потом руки Гейбриела скользнули по ее спине и впились в округлые ягодицы.

Свидетельства его желания были несомненны…

— Гейб…

— О боже милостивый, нет! — Его дрожащий голос нарушил наэлектризованную тишину комнаты, и внезапно Гейбриел резко отпрянул.

Не в силах понять, что происходит, Рейчел протянула к нему руки, но он опять поймал их и, яростно стиснув, удержал ее на расстоянии.

— Я сказал «нет»! — Его потемневшие глаза вспыхнули таким яростным огнем, что Рейчел вся похолодела. — Это необходимо сейчас же прекратить.

— Прекратить?

Только не это! Впечатление было такое, словно Рейчел возвратилась на четыре с половиной года назад, к тому самому ужасному моменту в своей жизни.

Ей понадобились долгие месяцы, даже годы, чтобы оправиться от удара. Собственно говоря, как начала сейчас понимать Рейчел, она по-настоящему не оправилась до сих пор и не в состоянии была пройти через это еще раз. Очередного отказа перенести было просто невозможно.

— Но почему? Почему это нужно прекратить?

— Потому, что я не…

— Ты? — перебила она срывающимся голосом. — Ты! Все время ты и твои желания. А как насчет…

— Рейчел…

— Хватит! — Разочарование придало ей силы, которые она не ожидала в себе найти. Вырвавшись, Рейчел по инерции отскочила на середину комнаты. — Хватит разговоров! Я не хочу больше тебя слушать, потому что ты лгал мне! — Обида была такой жгучей, что она уже не подбирала слова и, желая лишь выразить свою боль, не заботилась о возможных последствиях своей вспышки. — Ты лгал, когда говорил, что я тебе не нужна… что ты обо мне совершенно не думаешь.

— Разве я когда-нибудь так говорил?

Его спокойствие заставило ее замолчать. Каким-то образом Гейбриел умудрился в необычайно короткий срок вновь обрести присутствие духа и надеть на себя маску холодного безразличия, делающую его похожим на греческую статую, раздражающе безликую и непроницаемую.

— А может быть, ты все это просто вообразила? Неверно интерпретировала мои слова.

Интонация его голоса заставила Рейчел содрогнуться, ледяная выверенность фраз хлестала ее, словно плетью.

— Что ж, если я действительно дал тебе понять, что ты не нужна мне, то, значит, лгал, нагло лгал. Ты нравишься мне, чертовски нравишься. Настолько нравишься, что мне больно быть без тебя. Однако я никогда — никогда! — не собираюсь ничего предпринимать по этому поводу. Ты опасна, Рейчел, дьявольски опасна.

— Опасна? — Рейчел не могла поверить своим ушам. — Я? Но как я могу быть…

— Проблема в тебе самой и во всем, что с тобой связано, дорогая. Ты несешь с собой риск и осложнения, способные запутать мою жизнь и превратить ее в сущий ад. Один раз я уже пережил подобное, и не хочу повторения. Поэтому, если я сказал, что это надо прекратить, значит, так тому и быть!

— Но, Гейб…

Чувствуя, что должна что-то сделать, Рейчел схватила его за руку, желая объяснить, доказать.

— Никаких «но». — Один его тон сказал ей все, а он еще стряхнул ее руку с такой холодной жестокостью, что это резануло ее, как ножом. — Все кончено, Рейчел. Раз и навсегда. Я не желаю больше даже прикасаться к тебе.

7

Как только могла она снова допустить это? Этот вопрос не давал Рейчел покоя всю долгую бессонную ночь. Бесчисленное количество раз вспоминала она момент появления Гейбриела в комнате, его поцелуй и собственную реакцию на него.

Неужели прошлое ничему ее не научило? Давно пора было понять, что Гейбриелу Тернану доверять нельзя. Этот человек использует женщин для своего удовольствия, находит и бросает их по собственному усмотрению, не обращая внимания на их чувства. А она позволила поступить с собой подобным образом дважды!

И теперь уже нельзя оправдаться детской наивностью. Она не глупая девчонка, влюбленная до безумия. Тогда, завороженная объектом своих девичьих фантазий, Рейчел была не в состоянии думать ни о чем, кроме него, не видела ничего, что творилось вокруг.

В тот раз их чуть было не застали врасплох. Рано утром Гейбриел услышал звук подъезжающей машины Грега и разбудил ее. Торопливо подобрав одежду, Рейчел скатилась по лестнице, спеша попасть в свою комнату, где долго лежала, переживая происшедшее, пока не уснула в мечтах о прекрасном будущем.

Но уже через двадцать четыре часа все переменилось. Проснувшись, она почувствовала, что пузырится, как шампанское, которое они пили накануне. И весь день, проведенный в приготовлениях к предстоящему приему по случаю дня рождения, с ее лица не сходила счастливая улыбка. Единственным темным пятном на безоблачном небосклоне было отсутствие Гейбриела, хотя это легко объяснялось занятостью его и Грега на работе.

Однако, появившись к обеду, он был поразительно холоден с Рейчел, держался на расстоянии, едва смотрел в ее сторону и ограничился лишь несколькими короткими фразами. В общем, совсем не походил на нетерпеливого ночного любовника.