Читаем В сердце Земли полностью

- Говоришь, мы снова на поверхности, Дэвид? Как же это возможно? Я давно потерял сознание?

- Недавно. Вероятно, мы сделали разворот во льду. Вы помните, как наши кресла вдруг перевернулись? После этого нос машины оказался у нас над головой. Тогда мы не обратили на это внимания, но сейчас я все четко вспомнил.

- Ты хочешь уверить меня, что мы развернулись в толще льда? Дэвид, это невозможно! Мой аппарат не может повернуть, пока нос его не отклонился от прямой линии. А если это случилось под воздействием каких-то неизвестных сил, то неизбежно должно было привести к изменению положения рычага поворота, который, как ты сам видел, не сдвинулся ни на дюйм с момента старта.

Все это я, конечно, знал, но чем тогда объяснить работу бура вхолостую и чистый воздух в кабине?

- Я понимаю не хуже вас, Перри, что мы не могли повернуть. Но факты упрямая вещь: мы на поверхности, и я собираюсь выйти наружу посмотреть, где именно.

- Лучше подождать до утра, Дэвид, сейчас ведь ночь.

Я взглянул на хронометр.

- Половина первого. В пути мы находились семьдесят два часа, так что снаружи, действительно, ночь. Но я все равно выйду, хотя бы для того, чтобы посмотреть на небо и звезды, которые я не надеялся снова увидеть.

С этими словами я отодвинул засов внутреннего люка и открыл его. Между стенками цилиндра находилась

измельченная порода, и мне пришлось поработать лопатой, прежде чем я добрался до внешнего люка, сваливая землю и камни прямо на пол кабины. Когда я, наконец, освободил крышку внешнего люка и отодвинул засов, Перри стоял у меня за спиной. Отверстие открытого люка более чем наполовину находилось над поверхностью. Нас с Перри изумил яркий дневной свет, вливающийся в него.

- Кажется, хронометр врет, сказал он, - это, наверное сказал я.

Перри со странным выражением на лице отрицательно покачал головой.

- Давай-ка лучше поглядим, что там снаружи, Дэвид, - предложил он.

Мы вместе вышли наружу и удивленно уставились на окружающий нас ландшафт, столь же прекрасный, сколь и необычный. Прямо перед нами к спокойному морю полого спускался ровный берег. До самого горизонта морская гладь была усеяна бесчисленными маленькими островками, часть которых представляла собой безжизненные гранитные скалы, торчащие из воды, а другая была покрыта великолепной тропической растительностью и мириадами пестрых цветов.

За нашей спиной высился могучий лес гигантских древовидных папоротников, растущих вперемежку с обычными видами тропических деревьев. С них свисали пучки толстых лиан. Высокая густая трава скрывала сухие сучья и гниющие стволы упавших великанов. Вдоль опушки стелился такой же великолепный ковер из цветов, что и на островах, но в самом лесу было темно и неуютно.

В безоблачном небе сияло полуденное солнце.

- Не могу понять, в какой точке Земли мы находимся? - спросил я, повернувшись к Перри.

Некоторое время старик не отвечал. Глубоко задумавшись, он стоял, опустив голову. Наконец он заговорил.

- Дэвид, сказал он, - это, наверное сказал он, сказал он, - это, наверное я не уверен, что мы находимся на Земле.

- Что вы имеете в виду, Перри? - воскликнул я. - Уж не хотите ли вы сказать, что мы умерли и находимся на небесах?

Он улыбнулся и, повернувшись, указал на торчащий из земли нос нашего "разведчика".

- Если бы не это, мой мальчик, я и вправду мог бы так сказать. Но мой "железный крот" своим присутствием опровергает такое предположение. Уж в небеса-то он в любом случае не смог бы подняться. Однако я готов допустить, что мы попали в другой мир. И если мы находимся не на Земле, у меня есть веские причины полагать, что мы находимся внутри нее.

- А не могло случиться так, что мы вышли наружу где-нибудь в Вест-Индии? предположил я.

Но Перри покачал головой.

- Давай подождем делать выводы, - ответил он, - а пока займемся разведкой. Пойдем вдоль берега; может, встретим кого-то из местных жителей и что-нибудь узнаем.

Шагая по берегу, Перри подолгу вглядывался вдаль. Похоже, его мучила какая-то проблема.

- Дэвид, - внезапно обратился он ко мне, - тебе не кажется странной линия горизонта?

Приглядевшись, я начал понимать, почему все окружающее с самого начала вызывало у меня ощущение нереальности, - в этом мире не было линии горизонта! Куда ни кинь взгляд, простирались бескрайние морские просторы, испещренные островками. Те, что были далеко от берега, казались просто черными точками, но за ними снова было море, пока у наблюдателя не складывалось впечатление, что море продолжается все дальше и выше, оказываясь чуть ли не над головой. Расстояние скрадывалось расстоянием, но четкой линии горизонта, характеризующей шаровидность нашей планеты, здесь не было!

- Я, кажется, могу теперь просветить тебя, мой мальчик, - продолжил Перри, вытаскивая из кармана часы. - Я разгадал эту загадку, по крайней мере частично. Когда мы вышли наружу, солнце стояло прямо над головой. Где оно сейчас?