Читаем В сердце России полностью

Индустриальная панорама поражает. Высокие бетонные, кирпичные, с покатыми застекленными крышами корпуса выстроены в затылок друг другу. Протянувшиеся на несколько километров заводские здания заполнены станками, прессами, нагревательными печами, штамповочными машинами, конвейерами. Чтобы обойти и осмотреть весь завод, надо потратить не один десяток дней. Мы побывали в сборочном цехе. В четверть километра длиной, он окутан густой сетью подвесных конвейеров, по которым непрерывно движутся узлы и детали. Все они, словно притоки мощной реки, стекаются к главному конвейеру, где и рождаются автомашины. Горьковские грузовики и легковые автомобили известны у нас и за рубежом.

Рядом с заводом вырос жилой район — Автозаводской. Это большой, четко распланированный город со своими улицами и проспектами, площадями и бульварами, в котором проживает свыше 300 тысяч человек. Построенный на свободном месте, он отразил веяние социалистической эпохи. Застройка прямоугольная с просторным размещением домов, в окружении скверов и зеленых площадок. Улицы широкие, дома большие, везде зелень. Под тенью деревьев около цветников и газонов оборудованы летние читальни, беседки, а в некоторых дворах — летние эстрады. Для горожан устраивают лекции, концерты, просмотры кинофильмов. Композиционный центр района— площадь, на которую выходят проспекты Октября, Ленина, Жданова и улица Веденяпина. В центре площади монументальное здание Дворца культуры автозаводцев. В нем свыше пятисот помещений. Театральный зал вмещает тысячу зрителей. Рядом с дворцом — парк.

На главной магистрали района — проспекте Ленина мы увидели букву «М» — знак метро. Его первая линия соединяет автозавод с Канавином.

Во время путешествия по Оке мы не раз встречали грузовые и пассажирские суда, сошедшие со стапелей горьковского завода «Красное Сормово». Его корпуса стоят на берегу Волги. Завод уступает автогиганту по размеру и числу рабочих и все же занимает особое место в головном ряду горьковских предприятий. Сормовскому судостроительному заводу более 130 лет. Сормовские рабочие считаются одними из зачинателей отечественного судостроения. Они дали России первые в мире речные пароходы, первый на Волге двухпалубный пароход. Здесь в 1870 году была сооружена первая в России мартеновская печь, в 1903 году — первый в мире теплоход. В грозные дни гражданской войны сормовские рабочие построили первый советский танк, по-рабочему искренне назвали его: «Борец за свободу товарищ Ленин». Надежность таких танков в боях оказалась выше знаменитых в то время французских танков «Рено». В Великую Отечественную войну сормовский танк Т-34 одним из первых ворвался в Берлин. В музее завода мы видели знамя Государственного Комитета Обороны, которое присуждалось сормовичам ежегодно за их трудовые достижения. Три боевых ордена украшают это знамя. На сегодняшнем «Красном Сормове» строят мощные плавучие краны для Каспия и танкеры, озерно-речные грузовые теплоходы и могучие земснаряды, морские землесосы, способные работать на штормовой волне. Сормовичи ввели в строй первую в стране промышленную установку непрерывной разливки стали. Они создали знаменитое семейство судов на подводных крыльях. Сормовичи сотворят еще не одно чудо. Опыта, таланта, инженерной смекалки им не надо занимать.

Старый русский Сормовский завод известен в народе замечательными революционными традициями. Со школьных лет мы знаем о знаменитых сормовских маевках, о баррикадных боях, о героях горьковского романа «Мать», живших в мужественном рабочем Сормове.

А. М. Горький, наблюдая труд и быт сормовских рабочих, в романе «Мать» писал: «Каждый день над рабочей слободкой в душном, масляном воздухе дрожал и ревел фабричный гудок и, послушные зову, из маленьких серых домов выбегали на улицу, точно испуганные тараканы, угрюмые люди, не успевшие освежить сном свои мускулы. В холодном сумраке они шли по немощеной улице к высоким каменным клеткам фабрики. Она с равнодушной уверенностью ждала их, освещая грязную дорогу десятками жирных квадратных глаз. Грязь чмокала под ногами. Раздавались хриплые восклицания сонных голосов, грубая ругань зло рвала воздух, навстречу людям плыли иные звуки— тяжелая возня машин, ворчанье пара. Угрюмо и строго маячили высокие черные трубы, поднимаясь над слободкой, как толстые палки».