Читаем В сердце моем полностью

Александра сжала губы. Со все возрастающим чувством разочарования она наблюдала за тем, как суетится Ричард.

– Для тебя это просто предлог, чтобы бросить все. Всю свою работу...

– Я хочу стать художником. Меня мутит при мысли о том, чтобы провести остаток своих дней, корпя над этими проклятыми книгами. Еще я хочу обреет и свободу, чтобы иметь возможность заглянуть к себе в душу. Я всегда этого хотел. Если бы ты присмотрелась ко мне внимательнее, ты бы давно это поняла.

Александра почувствовала, как в ней закипает гнев. Сейчас ее мысли занимали скорее собственные проблемы, чем идейные искания молодого Атлера.

– Ты нужен мне сейчас, Ричард, – она нервно сжала ладонями виски, – и просто должен мне помочь.

– Справиться с мнимыми ворами в музее? – насмешливо произнес Ричард.

– Они вовсе не мнимые. Я сама подписала отчет для твоего отца. – Голос Александры дрогнул, и она рассеянно взглянула в окно. Ей вдруг стало противно до тошноты. Холодная дрожь прошла по спине. Профессор Атлер полностью вычистил ее кабинет и уничтожил все ее первоначальные записи. – Твой отец пригласил специалистов из университета, чтобы они провели инвентаризацию музейных коллекций, а я молчала, чтобы сохранить свою должность и не нанести ущерб репутации музея.

– Как удобно, не правда ли? Я имею в виду твое молчание.

От этих слов Александра почувствовала себя еще хуже, ее тошнота усилилась.

– Ричард...

Отойдя от окна, она встала рядом с кроватью, и рассказала Ричарду всю историю с самого начала: о том, как составила подробную опись похищенных вещей, указав их инвентарные номера, и как профессор Атлер избавился от оригиналов; как в тот же день сделала копии с этих документов, для чего ей пришлось вернуться к себе в кабинет. Она хотела забрать записи себе, и это задержало ее в музее в тот вечер, когда она встретила Кристофера с Брайанной перед африканской экспозицией.

Знал ли профессор Атлер, что у нее сохранились копии записей? И неужели это он пытался проникнуть в ее домик в бывшем каретном сарае?

И тут внезапно все в этой головоломке встало на свои места.

– Если он уничтожил архивные документы, то тогда в моих бумагах содержится единственное подлинное свидетельство существования настоящих драгоценностей. У меня сохранились все регистрационные записи экспонатов, проходивших через мой отдел, за последние два года.

– Господи... – Ричард запустил обе руки в свою шевелюру. – Никто не посмеет обвинить главного куратора Британского музея в сокрытии улик – это просто невозможно!

– Сокрытие улик? – Прижав ладонь ко лбу, Александра с сомнением покачала головой. – Ты думаешь, дело только в этом?

Ричард сухо рассмеялся, а когда он заговорил, в его голосе зазвучала горечь:

– Пусть даже тебе удастся предъявить все твои бумаги: единственная возможность для тебя оправдаться и восстановить свою репутацию – объяснить, откуда взялись поддельные драгоценности, а значит, вовлечь в эту историю меня. Отец собирается обвинить тебя в некомпетентности, чтобы спасти себя и скрыть свое преступление. Доверие к тебе окажется подорвано навсегда, а отец благодаря удачным кражам и подлогу станет еще богаче, чем сейчас. Как ни велика моя ненависть к нему в настоящий момент, я все же не могу не восхищаться его способностью все продумать и предусмотреть.

– Наши с тобой отцы знают друг друга целую вечность. Как же мог профессор Атлер так поступить со мной?

– Потому что ты единственная, кто всегда защищал меня. В своей глупости я был просто слеп: мне и в голову не приходило, что мой отец способен на нечто подобное. Лорд Уэр не сможет вмешаться и опротестовать его обвинения, потому что ты сама, добровольно ушла из музея. Теперь у отца на руках все карты, причем на этот раз ему выпали одни тузы.

Александра бросила рассеянный взгляд на пару туфель, лежащих на кровати. Кристофер знает правду. Когда ее дело будет обсуждаться на собрании совета попечителей, он тоже окажется за общим столом. Но что он сможет сказать в ее защиту? Что она передала ему фальшивую драгоценность, которую украла из хранилища музея? У нее нет никаких доказательств, что профессор Атлер вообще прикасался к этой подделке. И как подобное свидетельство отразится на репутации самого Кристофера?

Александра сделала глубокий вдох и попыталась осмыслить все имеющиеся факты. Был ли весь этот гнусный сценарий порождением изощренного ума Ричарда? Хотя теперь это уже не важно. Как бы ей хотелось, чтобы все случившееся оказалось лишь дурным сном! Но весь чудовищный план был слишком тщательно продуман, в нем не оставалось места случайностям.

Александра перевела затуманенный слезами взгляд на Ричарда и увидела, что он уже почти закончил собирать вещи.

– Это ты сделал копию «Белого лебедя», которую я забрала из хранилища? – спросила она. – Должно быть, твой отец оценил ее весьма высоко, иначе бы он не стал рисковать, используя подделку?

Ричард невозмутимо встретил ее взгляд.