Читаем В режиме бога полностью

Виктор полистал учебник, но, наткнувшись на слово «антагонист», без сожаления захлопнул книжку и бросил ее обратно на стол.

– Не забивай себе голову, – посоветовал он. – Живешь как сыр в масле. Зачем тебе всё это?

– Ты не первый раз спрашиваешь. – Алексей тоже снял свой обруч и теперь пытался крутить гаджет на пальце, раздражающе сбиваясь с ритма.

– Так ведь и ты не в первый раз меня зовешь свои поделки смотреть. Заготовки, точнее. До поделок им еще далеко. Здесь нечего доводить до ума, здесь все изначально криво, неправильно.

– Извини… потратил твое время… – Голос товарища стал таким холодным, что, казалось, еще немного, и он укажет на дверь. – Могу заплатить за бета-тестинг.

– Во-от. Ты можешь меня нанять, а я тебя не могу, денег не хватит. И всё равно ты рвешься на моё место. Зачем? Вдохновение замучило? Оно проходит сразу, как только начинаешь сочинять на заказ. Если неймется, твори для себя. Маленькие скрипты на два-три хода – этого достаточно, чтобы выпустить пар. Работать в коммерческом формате не обязательно. Работать! – страдальчески повторил Виктор. – Вот во что ты пытаешься впрячься.

– Я и без этого нормально зарабатываю, – подтвердил Шагов. – А через скрипт я хочу донести… – Он предсказуемо замялся. – Ну, мысли свои донести. Свое отношение к жизни.

– И кому это надо?

– Мне.

Виктор с тоской уставился на постер к «Аду», но всё интересное там по-прежнему было скрыто за широким патронташем.

– Тащи сюда мой гонорар, – вздохнул он.

Когда Алексей вышел из комнаты, Виктор отвернулся к окну и, заложив руки за спину, стукнулся лбом в стекло. С Лёхой они дружили еще со школы, и при неизбежном цинизме столь долгих отношений отказать ему Виктор не мог. В итоге каждый раз, когда Алексей креативил очередной морфоскрипт – вернее, очередной нелепый набросок без конца и начала, без какого-либо намека на смысл, – каждый раз Виктор приезжал в гости и с отвращением тестировал новый интеллектуальный продукт. Это было похоже на бесконечную дегустацию пирожков разной формы, состряпанных из одной и той же глины. Виктор надеялся, что когда-нибудь Лёхе надоест и он найдет себе хобби поинтересней, хотя за последнюю пару лет эта надежда заметно потратилась. Шагов продолжал сочинять, Виктор продолжал приезжать и объяснять. Других общих интересов у них уже не осталось. Проектировщик информационных сетей и профессиональный морфоскриптер – их давно ничего не связывало. Технарь и гуманитарий, лед и пламень.

Виктор задумался, откуда могла быть эта цитата, но его отвлек появившийся в комнате Шагов. Квадратная бутылка «Джека Дэниэлса», два широких стакана и тарелка с парой порезанных яблок – традиционный магарыч Алексей нес, как всегда, сноровисто и, как всегда, искал глазами, где бы расположиться, хотя, кроме стола, вариантов не было. Виктор невольно отметил, что даже этот момент в их общении повторяется из раза в раз: хозяин заносит выпивку, и поскольку руки у него заняты, гость разгребает на столе хлам, освобождая место.

«А вот был бы здесь вправду рояль… Бутылка «Джека» на белом рояле – это в высшей степени стильно», – мелькнула у Виктора странная мысль.

Вслух он, однако, сказал другое:

– Что у тебя за окном?

– Реальность, – с сарказмом ответил Шагов.

– Я про дамочку с телескопом.

Алексей вдруг смутился, точно кто-то посторонний заглянул в его личный дневник. Чтобы скрыть замешательство, он открутил пробку и плеснул виски по стаканам.

– Что за баба? – повторил Виктор.

– Ну, баба и баба… – Шагов неопределенно мотнул головой. – Мальвина.

– Вы знакомы?

– Нет, конечно.

– Та-ак… – Виктор взял стакан и заинтересованно вернулся к окну. – В доме напротив живет самка, подсматривающая за тобой в телескоп, а ты, вместо того чтобы выяснить её адрес и предложить ей что-нибудь логичное… придумываешь для неё сказочное имя. Гениально. Тебе что, через дорогу перейти лень?

– Это всё не так просто, – отмахнулся Шагов. – Забудь. Как ты её вообще разглядел-то? Сволочь глазастая.

– За знакомство! – Виктор отсалютовал женщине стаканом и выпил.

Заметила ли она его жест, было неясно: здания разделяло более сотни метров, и даже пол наблюдательницы Виктор угадал лишь по фигуре. О том, чтобы разобрать черты лица, не могло быть и речи.

– А твой телескоп где? – оживился он.

– У меня нет, – сказал Алексей.

– Хорош врать! Неси давай.

– Собирался купить. Когда её увидел, это было первым, что пришло в голову. Только я не телескоп хотел, а бинокль. Потом передумал. Не хочу выяснять, за кем она наблюдает.

– Боишься обнаружить, что ты не интересен какой-то иллюзорной Мальвине? Если выяснится, что она подсматривает не за тобой, а за соседом, тебя это ранит?

– У меня слишком скучная жизнь. Работа, сон, работа. Никакой интриги.

– Ой, Лёха, как же это знакомо… Игла мужика – его самолюбие, а игла всегда в яйце, поэтому мы их так бережем. – Виктор поднял стакан. – За нас, социопатов!

Алексей выпил маленькими глотками и медленно выдохнул. Виктор закинул в рот дольку яблока и вновь уставился в окно.

– Жениться не пробовал? – спросил он, не оборачиваясь.