Мартин включил телевизор. Шла программа для полуночников. В рекламном объявлении симпатичные женщины толковали о достоинствах мыла, о том, как помыть пол на кухне и покрыть мастикой мебель. Это как раз то, к чему он всегда стремился — вернуться домой, а там тебя всегда ждет жена Совсем как мама раньше. «Почему считается, что женщины и мужчины должны различаться во взглядах и поступках? — задавалась вопросом Сейра. — Кому это нужно?» А все это ее оригинальничанье. Может, ее сейчас носит где-нибудь по волнам в ее черной пижаме, которая совсем не скрывает ее многочисленные синяки. Мартин схватил обеими руками горшки с засохшими фиалками и принялся вытряхивать их в унитаз, пока туалет не засорился. Тогда он опустился на сиденье и заплакал. Если бы у них был ребенок, то хотя бы частица ее была сейчас с ним. Ей так хотелось ребенка. Он читал всю ночь. Она любила его. Теперь он это видел. Он сидел и всхлипывал, дойдя до описания замечательных дней накануне их свадьбы и медового месяца. «Счастье» — было написано на странице. Вот так, просто — «Счастье».

13

Сейра приняла душ, ополоснула волосы. Первое свидание после трех лет жизни с Мартином, думала она, глядя на себя в старенькое потускневшее зеркало. Однажды, еще до того как они были помолвлены, Мартин сказал ей: «Если ты станешь моей женой, а потом решишь бросить меня, я убью тебя и того, к кому ты уйдешь». «Мартин так романтичен», — сказала она тогда своей соседке по комнате. Она прошлась по дому. Стены спальни были в трещинах, но теперь они хотя бы были чистыми. За шесть неполных дней в Сидер Фоллз она уже наполовину отмыла дом и была счастлива, что у нее есть занятие, счастлива своим одиночеством. Когда у нее появятся деньги, она купит все необходимое для ремонта, а миссис Неппер заплатит за краску. Сейра обрезала черенки листьев фиалки и посадила их в землю. Она улыбнулась, взглянув на ряд горшочков, из которых торчали повернутые в одну сторону мохнатые зеленые ушки. Ей вдруг захотелось услышать мягкий южный говор Карен Фейрчайлд Карен была признанным экспертом по фиалкам, и именно она научила Сейру, как их рассаживать. Сейра вспомнила, как сна, накрывшись подушкой, слушала по телефону голос Джоан в домике на пляже. Сегодня, примерно в это время, Кристин, Карен, Джоан и Мэри встречаются у Кристин. «Они думают, что я умерла. Они поплачут вместе и поговорят о том, как я утонула восемь дней назад». Слезы выступили у нее на глазах. Листья фиалок, казалось, прислушиваются к отзвукам событий последних восьми дней. Ее прежняя жизнь тоже осталась позади, и теперь ей тоже надо заново пускать корни. Она смахнула слезы и решила думать о чем-нибудь приятном. О еде, например. За весь сегодняшний день у нее не было ничего, кроме овсянки на воде и яблока. Когда она напомнила себе, что собирается к Бену Вудворту, ей стало неловка. Вздохнув, она натянула брюки, надела чистую рубашку с длинными рукавами и сунула ноги в сандалии. Настоящий ужин. При мысли о сочном жареном мясе, овощном гарнире, горячих тостах, на которых тает масло, ее рот наполнился слюной. Наконец, она решила перестать думать о бокале, в котором сверкает и пенится вино, о цыплятах, истекающих соком, и занялась своей внешностью. Она смыла губную помаду. Никакого макияжа Только сделать темными брови в тон парику. Она приоткрыла кухонную дверь. Почти совсем стемнело. Пробравшись сквозь кусты сирени, она оказалась у задней двери дома Бена. Никто ее не увидит.

— Входите,— сказал Бен, придерживая дверь кухни.

Сейра быстро прошла через кухню, стараясь не смотреть на миску с салатом и все прочее, что стояло на столе. В доме было прохладно. Влажная кожа Сейры быстро высохла, и голод стал еще острее. Бен принес поднос, на котором стояли бокалы с вином и чипсы. Закусив губу, Сейра взяла бокал и несколько чипсов. Прохлада, бокал белого вина, хруст чипсов — Сейра вздохнула. На мгновение она почувствовала себя в безопасности — неуместное чувство для того, кто сам несет в себе опасность, как скрытую болезнь. Бен принарядился к ужину — светлые брюки и рубашка. Она никогда больше не придет сюда. Бену и в голову не приходило, что от нее может исходить опасность. Мартин хранил оружие на специальной полке. До сих пор револьвер двадцать пятого калибра, орел с хищными когтистыми лапами на рукоятке стоял у нее перед глазами.

Мартин тогда приставил револьвер ей к виску. Щелчок курка до сих пор отдавался в ушах. «Я убью тебя и того, кто будет с тобой, тоже».

— Я надеюсь, вы любите свежие томаты,— сказал Бен.

Сейра ответила, что да, конечно любит. Он опустился рядом с ней на просиженную кушетку, высокий и широкоплечий. Таким должен был стать Джо. У Джо она могла бы укрыться. Если бы это был Джо, ей не пришлось бы отодвигаться на край кушетки.

— Банан вовсю изучает дом, — заметил Бен, — и знает его уже лучше меня самого. — Банан, мурлыкая, потерся о ногу Сейры.

Пока Бен рассказывал о своем детстве неподалеку от Чикаго, она съела все чипсы.