Читаем В поисках Виллы полностью

— А ты меня любишь?

— Сейчас не время выяснять отношении. Но если хочешь знать, ночью мне было хорошо. Пей кофе, пока не остыл. На этой неделе я в университете взял отгулы и могу заниматься только тобой.

Но что им было делать?

Грейс позвонила отцу. Его голос донесся как из другого, мирного и светлого мира.

— Господи, не может быть! Ты хочешь, чтобы я прилетел?

— Нет, даже и не думай.

— А что в посольстве? Они огорчены?

— Да, конечно. Но не слишком — она там уже не работала. Не волнуйся, папа.

— Когда ты собираешься домой?

— Когда найдем Густава.

— А это кто такой?

— Любовник Виллы, который виноват во всей этой истории.

— Да, ему предстоят большие неприятности.

Но убийца хотел их меньше всего и явно не собирался сбрасывать маску.

Утром к Грейс зашли двое полицейских. Они ходили по квартире, открывали ящики, перебирали вещи. Факт смерти был установлен. Фрекен Бедфорд утонула. Высокий процент алкоголя в крови допускает одну из двух версий: она напилась и свалилась в ледяную воду случайно; или не смогла оказать сопротивления, когда её столкнули. Наиболее вероятной кажется первая.

Полицейские с их практическим умом смотрели на дневник, как на совершенно бесполезный документ. Единственное, что их интересовало, — то место в записях, где Вилла жаловалась на лес и бесконечный дождь, стучащий по крыше. Вероятно, именно в таком месте она провела последние дни.

— Почему вы меня спрашиваете, где это? — удивилась Грейс. — Я здесь чужой человек.

Полицейские согласились, казалось, дело их совсем перестало интересовать. Заурядное скучное самоубийство.

Польсон заявил, что проголодался, и потащил Грейс на ленч. Грейс поняла, что и она тоже голодна. Во всяком случае, это был хороший повод избавиться от фру Линдстрем: она, конечно, ожидала такой развязки, хотя никогда об этом не говорила. Вот что такое — доверять мужчинам. Хотела бы она видеть этого Густава. Каков подлец! Бедняжка два дня мокла в озере! А где были все остальные?

— Главное, где был Густав, — заметила Грейс.

— Надевай пальто, Грейс, мы идем на ленч, фру Линдстрем.

— Да, конечно, фрекен Эшертон нужно поесть — она совсем осунулась. Стала, как канарейка.

Веселый смех фру Линдстрем звучал немного жутковато.

В старом городе Польсон знал хороший ресторанчик. Лучшее место в непогожий день, уютное и укромное, с видом на старую площадь. Оттуда хорошо была видна дверь доктора Бейка. Грейс заметила даже блеск бронзового дракона.

— Так что мы делали в субботу вечером? — спросил Польсон. — Я возвращался из Упсалы один, свидетелей у меня нет. Потом весь вечер корпел над переводами. И опять один.

— Ты не должен отчитываться передо мной, — отмахнулась Грейс.

— Я предпочел бы, чтобы ты не была так безразлична. Теперь остальные. Аксель? Возможно, занимался погрузкой судна. Свен?

— Дома с семьей. По крайней мере, именно там мы с Эббой оставили его после чая. А Якоб был со мной и Эббой. Кроме того, шел разговор о Густаве.

— Да, помню, ты говорила.

— Мог это быть Густав Виллы?

— Неизвестно.

— Еще кто? Питер Синклер? Его тоже придется исключить. Кэт говорит, он допоздна работал. Простыл, и действительно выглядел больным. Мужчины пошли на охоту, но к этому времени… — Грейс уронила нож и вилку: — Подумать только, любовалась камышами, склонившимися над водой, а в это время…

Польсон словно ничего не замечал.

— Я согласен с полицией, Грейс. Нужно найти место, где держали Виллу.

— Взаперти?

— Похоже.

Грейс возбужденно заявила:

— Можешь считать, что я сошла с ума, но я уверена, что некоторое время её держали на чердаке ван Стернов. У меня нет доказательств, кроме старого боа и попыток Эббы убедить меня, что там никого нет. Но не смейся, интуиция подсказывает, что я права.

— Я не смеюсь. Смотри! — воскликнул Польсон, показав в окно. — Смотри, смотри!

— Что такое?

— Доктор Бейк с большущим чемоданом. С таким к пациентам не ходят. Тогда он взял бы саквояж. Интересно… Извини, Грейс, я чувствую, мне нужно срочно проконсультироваться с доктором.

Вернулся он через несколько минут. Доктор Бейк разговаривать не стал, он уезжает на медицинскую конференцию в Копенгаген. Когда вернется — не сказал, но обещал оттуда позвонить сестре.

— Но он про отъезд даже не заикался, — удивилась Грейс.

— Конечно, нет.

— А есть ли вообще эта конференция?

— Думаю, есть, это легко проверить. Но ехать он решил в последнюю минуту. Интересно — почему? Ну ладно, доедай и пойдем.

Когда они шли из ресторана, то в узкой улочке наткнулись на спешащую куда-то медсестру. Та шагала торопливо, не глядя по сторонам, но Грейс заметила, какие красные у неё глаза. От слез или от ветра? Что же такое мог сказать ей Свен? Что не вернется?

Едва они вернулись, позвонил Питер Синклер. Куда пропала Грейс?

— Мы ходили на ленч.

Грейс показалось, что он облегченно вздохнул.

— А моя жена не может даже смотреть на еду. Я боялся, что вас забрали на допрос в полицию.

— Нет, но они здесь были.

— И что-нибудь? Или вычитали в дневнике?

— Они им не заинтересовались. Предпочитают факты, а не фантазии.

— Ну, в конце концов, Вилла любила дурачить людей.

— Но в итоге одурачили её, верно?