Читаем В погоне за «Босфором» полностью

Ответ он получил сразу. В дверях гостиной возникла его любовница. Совершенно неотразимая в пышных шелках цвета слоновой кости она томно клонила голову к плечу новороссийского генерал-губернатора графа Воронцова. Ревность в мгновение ока пожрала и хорошее настроение Дмитрия, и остатки его самообладания.

«Все Ольгины уверения – сплошное вранье, – понял он, – а правда в том, что ее нынешний герой – генерал-губернатор… Или нет?»

Ордынцев воротился на свое прежнее место у окна – теперь он уже раздумал уезжать. Он просто не мог себе это позволить: моряки с поля боя не бегают.

«Я не сдамся!» – мысленно пообещал он своему сопернику, и приготовился к борьбе за свою женщину и свою честь.

«У этого человека нет чести» – размышляла о своем враге Надин. Ее раздражало присутствие в зале Ордынцева. Она ведь так и не выяснила, узнал ли князь ее накануне или нет. Пока он никак не дал ей понять, что видел ее на Неглинной. Она специально провоцировала на грубость, но Ордынцев и бровью не повел. Похоже, что ей все-таки повезло остаться неузнанной.

«Чего бояться? Даже если он и узнал меня, то не станет сплетничать, – уговаривала она саму себя. – Ну, а если станет болтать, то Шереметев защитит честное имя своей невесты».

Надин вдруг поняла, что Шереметева зовут так же, как и ее недруга. В этом было что-то неправильное, тревожное. Почему такое совпадение? Два Дмитрия Николаевича, только один – ангел, а другой – демон. Она не настолько глупа, чтобы не понимать, где белое, а где черное. Надин поискала глазами Ордынцева и увидела, как тот что-то читает, спрятавшись в нише окна. Она еще успела подумать, что в гостях этого не делают, а потом все вылетело у нее из головы – в дверях появился Шереметев. Его взгляд обежал зал и сразу отыскал Надин. Она заметила, как вспыхнули его черные глаза, а на пухлых губах расцвела улыбка, сделав их необыкновенно привлекательными.

«Он – красавец, – поняла Надин. – Что за глупая мысль пришла мне в голову? Ему не нужны никакие усы. У ангелов усов не бывает».

Она чуть не запрыгала от нетерпения, пока Шереметев приветствовал хозяйку дома и графиню Румянцеву, и замерла от восторга, когда граф направился к ней.

– Добрый вечер, сударыни, – учтиво поклонился он обеим сестрам Чернышевым, а потом, обращаясь к Надин, добавил: – Надежда Александровна, ваша бабушка позволила мне немного побеседовать с вами.

Отменная сообразительность не подвела молодую графиню и на сей раз – предлог нашелся сразу:

– Я с удовольствием услышу ваше суждение о той опере, которую мы будем сегодня слушать, – сообщила она.

Надин поднялась с дивана и медленно двинулась вдоль колонн. Кавалер послушно шел за ней. Она остановилась только у третьей колонны, теперь они стояли на виду у всего общества. Если граф не хотел связывать себя серьезными отношениями, он должен был прервать их рискованный тет-а‑тет и отвести ее обратно к бабушке и княгине Зизи, но Шереметев без видимых колебаний остался рядом с ней.

– Вам нравится «Итальянка в Алжире»? – спросил он.

– Мне нравится главная героиня, – отозвалась Надин, мысленно поздравив себя с тем, что вовремя успела узнать у сестры сюжет оперы. – Мне понятен ее характер, да и поступки тоже.

– Но не каждая девушка решится, рискуя жизнью, отправиться на поиски своего любимого.

– Это как раз естественно, – опустив ресницы, убежденно заявила Надин, – по крайней мере, для меня.

– Вы хотите сказать, что сами могли бы пуститься в полное опасностей путешествие ради спасения дорогого вам человека?

– А как же иначе? – изумилась Надин, – разве можно смириться, если еще не все возможности помочь близкому человеку исчерпаны?

Она с радостью отметила слезы умиления, блеснувшие в темных глазах Шереметева. Он даже прижал руку к сердцу, когда сказал:

– Я тоже считаю, что ради любимых людей можно пожертвовать жизнью. Я сам этого, конечно, не помню, но знаю, что моих родителей связывало очень сильное чувство. После смерти матери отец не захотел жить – и угас…

– Мои тоже очень любили друг друга, мама до сих пор верна памяти отца, и если бы не мы – наверное, ушла бы в монастырь, – согласилась с ним Надин. – Я думаю, что найти свою вторую половину – большое счастье, не всем так везет.

Она чуть слышно вздохнула. Уловка подействовала:

– Вы обязательно будете счастливы, я уверен в этом! – с воодушевлением воскликнул ее кавалер. – Вы достойны этого, как никто другой.

– Но вы же меня совсем не знаете, – умилилась его восторгу Надин. – Я – самая обычная девушка, у меня нет особых талантов: например, я не очень хорошо разбираюсь в искусстве, даже моя младшая сестра пеняет мне за то, что я не понимаю музыки.

Она поймала строгий взгляд старой графини и объявила:

– Нам пора вернуться на свои места, похоже мы злоупотребили разрешением бабушки немного поговорить.

– Простите, это я виноват, – повинился Шереметев и предложил ей руку. – Я отведу вас обратно.