Читаем В огненном плену полностью

Очищенное от смога небо над новым Дублином настолько прозрачное, что могло бы соперничать с небом над моим родным маленьким городком. С тех пор как рухнули стены и в наш мир хлынула магия Фей, многие вещи сменили прежний цвет. И теперь ореол вокруг луны меняется с бледно-золотого на бирюзовый, лиловый и, наконец, алый в самой высокой точке.

Я слышу вдалеке неожиданный шум: человеческие голоса, смех, ритмичный пульс музыки. «Возможно, сегодня снова открылась Темпл Бар», — думаю я, вдыхая аромат ночного жасмина, льющийся с клумб на крыше магазина. Я радуюсь тому, что Дублин цветет, становится красивым, полным крайка, возвращает себе прежнюю силу.

— Когда ты видела Дэни, — говорит Риодан, пока я забираюсь на пассажирское сиденье черного военного «Хамви».

Прежде чем захлопнуть за собой дверцу, мне приходится оттолкнуть двух Невидимых, втиснувшихся между мной и нею. На крыше раздается мягкий стук, когда они устраиваются над нами. Риодан с отвращением смотрит вверх, затем на меня.

— Мак, от тебя воняет.

Секунду я скриплю зубами, затем отвечаю:

— Ты сказал, что не будешь поднимать эту тему. Ни один из ее аспектов.

Раньше я была женственной красоткой в розовом и от меня хорошо пахло. Иногда мне этого не хватает. Особенно в том, что касается «хорошо пахло».

— Когда ты видела Дэни.

— Я думала, что ты не повторяешь, — сердито говорю я.

Риодан смотрит на меня.

— Не знаю, — отвечаю я.

— Тебе действительно пора смириться с тем, что случилось с твоей сестрой. — Риодан говорит так прямолинейно и холодно, что у меня перехватывает дыхание.

— О чем ты? — осторожно уточняю я.

Как много ему известно?

— Об участии Дэни.

— Откуда ты об этом знаешь? Тебе рассказал Бэрронс? Он не должен был этого делать. Его это не касается. И если ты кому-нибудь об этом скажешь, я буду все отрицать! — с жаром выпаливаю я.

Я не позволю миру преследовать Дэни. Я так и не сказала правду маме и папе и никогда не скажу. В более спокойные моменты — к примеру, когда я не смотрю на Дэни, — я понимаю, что она была лишь оружием, а оружие не в чем винить. И все же люди находят, в чем обвинить, и именно оружие, вот почему я собираюсь забрать эту тайну с собой в могилу. Это Ровена зарядила обойму, прицелилась и нажала на курок. В более спокойные моменты я вижу бледное лицо Дэни с широко распахнутыми глазами и слышу, как она кричит: «А почему бы и нет? Я заслуживаю смерти!» И мне хочется обнять ее, встряхнуть, сказать, что она этого не заслуживает и чтобы она больше никогда так не говорила.

— Я знал с самого начала. Мы наблюдали за ней. Скажешь кому-то об этом, и я буду все отрицать. А если перескажешь мои слова Дэни, я лично тебя прикончу.

Темная сила во мне пробуждается к своей смертоносной жизни. Черная золоченая обложка грозит распахнуться. Я падаю на нее задом, скрещиваю ноги и мысленно бормочу:

Пять строф спустя я успокаиваюсь достаточно, чтобы сказать:

— Ты наблюдал за тем, как Дэни убивает Алину, и не остановил ее?

Ну, возможно, не так уж я и успокоилась. Потому что я передвинулась со своего места и теперь почти сижу у Риодана на коленях и моя рука сжимает его горло.

Его пальцы впиваются в мое запястье, достаточно жестко, чтобы оставить синяки. Другая рука сомкнулась на моей шее, и наши носы разделяет лишь пара сантиметров.

Серебряные глаза холодно смотрят в мои. Находиться так близко к Риодану почти так же неуютно, как быть рядом с Бэрронсом. Риодан почти так же сексуален, хотя куда более сдержан. Войдя в комнату, он не давит своим присутствием. Риодан скорее гладит атомы твоего тела чувственным электрическим разрядом.

— Прекрати делать поспешные ущербные выводы, Мак. Ты проиграешь. И я позволю тебе это. В ту ночь я наблюдал за Дэни. Ей удалось оторваться от слежки. Когда я нашел ее, было уже слишком поздно.

— Невозможно. Дэни не может тебя перегнать. — Она лишь хвасталась, что однажды сумеет это сделать.

— Она может потягаться со мной в любой момент по собственному выбору.

— Нет, не может. Она постоянно на это жаловалась.

— Убери руку с моего горла.

— Сначала ты.

Мы одновременно роняем руки, я скольжу обратно на свою сторону «Хамви». И до меня с запозданием доходит значение слов, произнесенных Риоданом.

— Подожди-ка, ты с самого начала знал, кто убил мою сестру, и не сказал мне об этом? — потрясенно спрашиваю я. — Ты позволил мне потратить столько времени на бесполезную охоту?

— Дэни не убивала Алину.

— Она сама сказала мне, что убила, — мгновенно возражаю я.

— Все не так, как ты думаешь.

— А как же тогда? Невидимые, которые сожрали Алину, наверняка тоже так думали. Они спросили, не приведет ли им Дэни «еще одну блондинку», такую же, как моя сестра.

Руки сжимаются в кулаки при воспоминании об этом, ногти впиваются в кожу. На моих ладонях кровь Мика О’Лири. С таким же успехом она может быть и моей.