Риодан вскидывает бровь и насмешливо улыбается.

— О чем идет речь? — спрашивает Шон.

— Я сказал, Катарина, что в последнее время у меня сложности с персоналом, мои работники продолжают умирать, а твой Шон — неплохая кандидатура для того, чтобы заменить кого-нибудь из них. Я также сказал тебе, что О’Баннион волен уйти. Оба утверждения были правдой. Поначалу. Затем он решил воровать на моей территории, и я его уволил.

Тон Риодана отчетливо указывает на то, как ей повезло, что О’Банниона не убили. А я размышляю над тем, почему Риодан этого не сделал. Никто не может красть у него и остаться в живых… разве что у манипулятора с холодными глазами есть какая-то долгосрочная цель, ради которой он готов потерпеть существование в этом мире некоего идиота, — вот как Бэрронс терпит Принцев.

— Вы, свиньи, все болтаете и болтаете, не говоря ничего, что было бы интересно нам. Вас здесь слишком много. Нас недостаточно. Как и рабов, — говорит Рэт. — Мы требуем, чтобы за этим столом присутствовал еще кто-нибудь из Невидимых.

— Найдите еще одного Принца, и мы рассмотрим ваше предложение, — сухо говорит Риодан.

Круус заперт, а Кристиан у Алой Карги. Иными словами, фиг им, а не рассмотрение.

Р’йан молчит. Даже если кто-то из Светлых Принцев и уцелел, он явно не жаждет конкурировать с ними за трон Фей.

— Почему здесь Катарина? — спрашивает Шон.

Я отвечаю:

— Как грандмистрисс ши-видящих, она стоит на передовой линии защиты людей.

Я не добавляю, что она еще и сидит у Крууса на голове, сторожá его, чтобы он не выбрался. Я действительно надеюсь, что Кэт не откровенничала с Шоном на эту тему. Не зря говорится, что любой, с кем ты поделишься своим секретом, обязательно доверит его как минимум одному человеку. Количество посвященных растет по экспоненте и заканчивается тем, что весь мир знает то, что ты хотел бы скрыть.

Шон оценивающе смотрит на меня:

— А ты почему здесь?

Риодан отвечает:

— У Мак свои функции. Есть еще вопросы? Можешь обсудить их с Бэрронсом. Не нравятся те, кто сидит за этим столом, — найди способ от них избавиться. Но будь осторожен, потому что несложно найти способ избавиться от тебя. Человек.

Кэт огрызается:

— Оставь его в покое.

Я смотрю на нее, а она пытается взглядом послать Шону молчаливое сообщение. К несчастью, он слишком яростно таращится на Риодана, чтобы это заметить.

Кэт шумно выдыхает, и я тоже.

Мужчины за этим столом безжалостны. Единственный способ, с помощью которого Шон может надеяться конкурировать с ними в бизнесе, — стать таким же безжалостным. Как Принцы в некоторой степени стали цивилизованными, чтобы увеличить свои шансы на выживание, так и Шону придется стать варваром, чтобы повысить свои.

Что заставляет меня задуматься о том же, о чем, без сомнения, думает сейчас Кэт: что останется от человека, которого она любит?

Глава 6

Я стану последним г-г-гвоздем в крышку твоего гроба[21].

Джейда

Женщина шагает по темным улицам, в густом тумане, приползшем с моря. Сумерки скрывают ее во мгле и тени, будто она — тайна, которую сама ночь поклялась ото всех защищать. Луна освещает влажную брусчатку и омытые дождем окна, но не женщину, словно отражаясь от ее невидимого плаща.

Она, как и Тени, лишь черное пятно в темноте.

Повинуясь старому и незабываемому опыту, женщина избегает бледно-желтого света фонарей.

Лучше видеть самой, чем быть увиденной.

Другое дело — быть услышанной. Звук рассыпается и отражается, и тому, кто не является первоклассным охотником, сложно поймать цель в перекрестье прицела по одному только звуку.

Женщина на это способна. Она столь же печально известна, как легендарные Охотники Королевы. Она никогда не промахивается.

Враг женщины не отличается подобным умением. Тот, кого она ищет сегодня, неуклюж, ослеплен ненасытным голодом, но чтобы выманить его, этого недостаточно. Ей нужен привлекательный, сексуально активный мужчина.

Высокие шпильки, отблескивающие серебром, рассекают туман на кружевные остроконечные снежинки, когда она шагает по Темпл Бар в сторону ночного клуба «Честерс», где собирается выбрать наживку. Женщина одета для убийства, оружие скрыто: к бедру пристегнута кобура с пистолетом, ножи холодят кожу, а сексуальный пояс-цепочка, привлекающий мужские взгляды к покачиванию ее бедер, на самом деле гаррота.

Рикошет ее каблуков по мостовой — нарочито громкий. Женщина знает, что ее сложно увидеть, и в данный момент хочет быть замеченной.

Скорость равна эффективности.

Презрение к смерти — ее образ жизни. Ничто не способно ее задеть.

Позволить себя задеть — значит проявить слабость.

Когда женщина сворачивает на улицу, туман вскипает, открывая взглядам длинные обнаженные ноги, слегка тронутые маслом; обтягивающее платье с авангардным вырезом и подолом; гибкое тело танцовщицы; длинные волосы, собранные на макушке в конский хвост, и ледяное бесстрастное лицо убийцы, после чего обволакивает ее снова.

Женщина прекрасна.

Красота — это оружие.

Она пережила худшее, что может предложить этот мир.

И преуспела.

Женщина составила список имен.

И будет убивать тех, кто в нем упомянут, одного за другим.