Читаем В огне любви полностью

Откуда она могла знать, что я мечтаю о новой машине? Если это совпадение, то слишком странное. У меня не впервые возникло чувство, что этой женщине известно обо мне явно больше, чем я сам бы хотел поведать.

– Ну, допустим я буду ценить новую машину сильнее. Здесь вы угадали. Только какая связь с платой за ваши услуги?

– Всего лишь вопрос цены. Сколько вы готовы заплатить, чтобы вернуть жену? Сколько стоят ваши отношения? – Лиговская внимательно посмотрела на меня. – И я сейчас не только о деньгах.

– Ну, видишь! Я ведь говорила тебе! – воскликнула Ирина, едва только я отложила телефон. Наверно, мой разговор с мужем оказался очень показательным, как и мрачное выражение лица, которое я не смогла поменять.

– Ир, я не хочу об этом говорить. Оставь меня, пожалуйста, ладно?

– Как хочешь… – она слегка поникла, и такая реакция меня разозлила. Неужели рассчитывала, что я стану обсуждать все прямо сейчас? – Только не вздумай реветь, – предупредила, сделав несколько шагов к выходу и снова обернувшись ко мне. – Он не стоит твоих слез!

– Даже не собиралась, – честно отозвалась я. Слез действительно не было, только какое-то отупение и глухая боль где-то глубоко внутри.

– Вот и умница, – Ирина заулыбалась. – Это он должен плакать, что потерял такую женщину. Мы тебе обязательно найдем…

– Ира! – я не заметила, как сорвалась на крик. – Уйди, пожалуйста. Просто дай мне побыть одной!

Подруга пожала плечами и, кажется, собиралась еще что-то сказать, но мой гневный взгляд убедил ее этого не делать.

Когда за ней закрылась дверь, я поднялась из-за стола и подошла к окну. День был удивительно ясным, так разительно отличаясь от того, что творилось у меня на душе. Неужели мне суждено повторить судьбу матери? Сколько себя помню, она всю жизнь терпела измены отца. Закрывала глаза на то, что он лгал, делая вид, что верит и в задержки на работе, и в поздние встречи, и во внеочередные командировки. А потом запиралась в своей комнате и рыдала, когда думала, что я ничего не слышу.

Поначалу я страшно боялась, что родители расстанутся. Такое уже случилось у некоторых девчонок из моего класса, и они не раз жаловались, что видят отца лишь пару раз в месяц, или не видят вообще. Я любила своего и не хотела потерять. Наивно мечтала, что родители однажды перестанут ссориться и мы будем самой счастливой семьей. Однажды даже написала просьбу об этом в письме Деду Морозу.

Желание не сбылось. Тот новый год вообще начался очень печально: с очередной ссоры родителей. Мама опять долго плакала, уже не скрываясь от меня, а отец ушел и целых несколько дней не появлялся дома. А когда вернулся, даже я заметила следы от женской помады на его рубашке. Что уж говорить о маме. Она тоже это видела, только почему-то ничего ему не сказала. И, казалось, так была рада возвращению, словно и не было между ними никаких конфликтов.

Тогда я и перестала верить в новогодние сказки. Перестала ждать чудес и подарков от мифического Деда Мороза. И еще поняла, что у отца кто-то есть. Был раньше и будет потом, а мы с мамой – это всего лишь часть его жизни, далеко не самая важная.

А вот то, почему мама не расстается с ним, понять было сложно. Я повзрослела, и теперь на многие вещи смотрела иначе. Уже боялась не развода родителей, а очередной очевидной лжи отца. И маминых слез. Пыталась говорить с ней, убедить в том, что она не должна все это терпеть, но мать и слушать не стала. Вообще запретила мне поднимать эту тему.

Неужели такие отношения – норма? Так жили мои родители, из-за этого развалилась семья Ирины, что-то подобное происходило у Лены с ее парнем… Я была уверена, что меня это не коснется. Что Денис не такой! Выходит, ошиблась, и он не только эгоист, еще и подлец? А все его ухищрения и ухаживания – только предлог, чтобы скрыть истинное положение дел? Тогда какой смысл держаться за брак, от которого и в помине ничего не осталось? У моей матери была хотя бы я, и, возможно, именно ради меня она и пыталась спасти отношения. А нас с Денисом только двое. Какое счастье, что я не забеременела и в мире не появится еще один несчастный ребенок, который не будет знать, что такое настоящая семья.

Я не буду это терпеть – пообещала самой себе, снова переживая и события собственного детства, и слова подруг, и боль из-за того, что узнала. Не буду такой, как мама. Если прежде еще и оставались сомнения, то теперь решение уйти от Дениса упрочилось.

Не только не буду терпеть, но и переживать по этому поводу не стану. Подошла к шкафу, рассматривая в небольшом зеркале на стене свое отражение. Я ведь еще молода! И достаточно привлекательна. Это вовсе не означало, что я собиралась воспользоваться предложением Ирины и найти себе утешение рядом с кем-то другим, но и оплакивать развалившийся брак точно не стоит.