Читаем В ночи полностью

С какой стати она опустилась до уровня леди Дюмон? Зачем вообще нужно было открывать рот? Ну почему она не такая, как те элегантные дамы, которых ничто не волнует и с которых все скатывается как с гуся вода? Вместо этого она ведет себя как девчонка – ровесница Минни.

– Говорят, ты оспаривала мои мужские достоинства.

О Господи! Неужели ему уже рассказали? Каким образом он нашел ее? Как она не услышала, что дверь открылась? Уинтроп стоял, застыв как привидение.

Мойра в смятении даже не посмотрела на него.

– Ничего не могла с собой поделать.

– В самом деле? – Его голос, полный иронии, приблизился и стал громче. – Не могла сказать что-нибудь более лестное?

Нахмурившись, она повернулась к нему:

– Что, например? Что у тебя, в самом деле, член как у жеребца?

Он усмехнулся:

– По крайней мере как у быка. Возможно, как у барана.

Напряжение отпустило, когда она вдруг поняла, что он совершенно не сердится на нее и откровенно веселится, как и предсказала Блайт.

– Мне так жаль.

– Тебе жаль, и ты злишься. – Его улыбка стала самодовольной.

– Ничего подобного! – Она снова нахмурилась.

Он подошел ближе, почти вплотную, так что она ощутила тепло его кожи и терпкий запах мыла.

– Нет, я прав. Ей бы не удалось уязвить тебя, если бы ты не чувствовала угрозу с ее стороны.

– Мне дела нет до угроз этой грудастой бабищи, – продолжала она настаивать. Потом вдруг добавила: – Ты знаешь, она ведь не настоящая блондинка.

Его улыбка стала шире.

– Знаю.

– Откуда? – Тут же она все поняла и вспыхнула. Они, делили постель, и ему, конечно, известно, насколько естествен у нее цвет волос. Наверняка осведомлен и обо всех интимных секретах леди Дюмон. – Так вот где ты был эти пять дней! – О Господи, теперь она точно разозлилась.

Уинтроп внезапно стал абсолютно серьезным. Его руки обхватили ее за плечи.

– С момента, когда я повстречал тебя, у меня не было другой женщины. Сомневаюсь, что будет и впредь. Ни одна из них не сравнится с тобой – моей черной королевой.

Мойра открыла было рот, чтобы сказать, что это самые чудесные слова, которые она когда-либо слышала, но тут же лишилась такой возможности. Он своим ртом закрыл ее в долгом поцелуе. И продолжал целовать, пока не стало сил, и она не забыла, где находится.

Перестало волновать, где он был эти пять дней. Главное, он скучал по ней и у нее есть власть над ним, которой нет у других женщин. Кто захочет больше?

Сразу после встречи Нового, 1819 года Уинтроп решил, что с него достаточно и им с Мойрой надо побыть вдвоем. Здравый смысл подсказывал ему, что так лучше не поступать, потому что в дальнейшем это может вызвать серьезные осложнения. Но пока его не беспокоило, что будет потом. Сегодня ночью он думал только о том, что есть сейчас. Он жаждал наслаждаться временем, проведенным с ней, не важно, как долго оно бы длилось. Хотелось упиваться ею, потому что ему еще никогда не встречалась такая женщина, как его черная королева.

– Тебе понравился вечер? – спросил он, как только карета тронулась, и они отправились домой.

Сидя напротив, она кивнула:

– Понравился. Спасибо. А тебе? – Он засмеялся:

– Да, за исключением шуток о моих мужских достоинствах.

Она застенчиво усмехнулась.

– Жаль, что так вышло.

Внезапно она, пошатываясь, шагнула к нему. К счастью, расстояние было невелико. Ее ноги запутались в накидке, и она со всего размаха уселась ему на колени. Только его острая реакция не позволила ей свалиться на ковер.

Она снова засмеялась, пока он устраивал ее удобнее.

– Я выпила слишком много шампанского сегодня, – Ее глаза блестели и немного косили в свете фонарей. – Ты замечательный образец вида, называемого «мужчины», ты ведь знаешь.

Прикусив губу, чтобы не рассмеяться, Уинтроп лишь кивнул в ответ.

– В самом деле. Жаль, что до жеребца недотянул.

Она закатила глаза. Это легкое движение сделало таким юным ее лицо, зато полностью нарушило равновесие. Она закачалась у него на коленях.

– Зачем тебе нужно быть как жеребец? Во всем мире не найдется женщины, которой хотелось бы заниматься любовью с конем.

Господи, до чего же она наивна в некоторых отношениях!

– А как насчет быка или барана?

Она наморщила нос, ерзая и прижимаясь к нему. Даже совершенно пьяная, она возбуждала его больше, чем кто-либо.

– И с ними тоже. Почему вам нужно, чтобы вас сравнивали с этими животными?

– Потому что каждому мужчине хочется, чтобы его мужское естество было самым большим и массивным, какого женщина еще не видела.

Еще одна расхожая истина. Она усмехнулась, давая понять, что относится к этому как к полной белиберде, и он с ней заодно. Но когда для них придет время заниматься любовью, он будет стараться стать самым лучшим любовником, какого у нее еще никогда не было.

– Естество… – повторила она. – Это звучит как название головного убора.

Уинтроп кивнул, соглашаясь:

– Весьма похоже.

Она прижалась к его груди. Он почти не ощутил ее веса, так легка и изящна она была.

– Зачем нужно, чтобы женщина думала, что больше, чем у тебя, ни у кого нет?