Читаем В начале войны полностью

План нашего командования, идея которого состояла в том, чтобы отрезать мотопехоту гитлеровцев от их танков, прорвавшихся вперед, осуществить не удалось ни на шкловском, ни на быховском направлениях по уже изложенным мною ранее причинам.

Тем не менее активные действия наших войск позволяли накопить опыт борьбы с врагом. Гитлеровцы получили немало сильных ударов.

Так, Гудериан свидетельствует:

В 18 час. 15 мин. (11 июля.- А. Е.) я направился в 46-й танковый корпус в Шклов... В корпус я прибыл в 21 час 30 мин. Сильный артиллерийский огонь и неоднократные бомбовые налеты авиации противника на район наведения моста 10-й танковой дивизией делали форсирование реки значительно более трудным, чем на фронте 47-го танкового корпуса (между Оршей и Шкловом.- А. Е.). У дивизии СС Райх мост также был поврежден авиацией противника.

Далее в записи, относящейся к 13 июля, он пишет:

С юга был слышен интенсивный огонь, и можно было сделать вывод, что пехотный полк Великая Германия ведет тяжелые бои. Этот полк имел задачу прикрывать наш фланг от атак противника со стороны Могилева.

Ночью раздался крик о помощи: пехотный полк Великая Германия расстрелял все патроны. Полк, еще не привыкший к боям в России, требовал дополнительные боеприпасы.

13 июля начались ожесточенные контратаки русских в направлениях Гомель,.. в то же время русские производили вылазки со своих предмостных укреплений из Могилева в южном и юго-восточном направлении и из Орши в южном направлении... с явной целью отбросить немецкие войска снова за Днепр...

14 июля я приказал 46-му корпусу вместе с дивизией СС Райх наступать на Горки и затем сам поехал также в этом направлении. 10-я танковая дивизия достигла населенных пунктов Горки и Мстиславль, понеся в тяжелых боях большие потери, особенно в артиллерии{12}.

К 16 июля войска 13-й армии оказались охваченными с обоих флангов, возникла реальная угроза их полного окружения. Внутри этих громадных клещей фронт армии был также прорван на нескольких направлениях.

К этому времени 4-я армия оставила Пропойск (Славгород), в результате фланг 13-й армии оказался совершенно открытым. Генерал-лейтенант В. Ф. Герасименко принял решение отвести войска. Однако довести это решение до подчиненных штабов не удалось. Приказ на отход был отменен и подтверждены прежние распоряжения об удержании занимаемых рубежей. Штаб армии перешел в Кричев. В штаб фронта был вызван представитель штаба армии, доложивший командующему обстановку. Здесь было принято решение оборонять Могилев, а остальные части отвести на рубеж р. Проня.

Обратимся к действиям 172-й стрелковой дивизии, на которую была возложена задача непосредственной обороны Могилева. Эта героическая дивизия заслуживает не меньшей признательности советского народа, чем доблестные защитники Брестской крепости, ибо воины дивизии выстояли на полевых укреплениях, созданных ими с помощью местного населения, двадцать три дня, сдерживая напор танковой армады Гудериана. Они оставили город по приказу своего командира лишь тогда, когда фронт откатился на добрую сотню километров от белорусского Мадрида, как называли Могилев его доблестные защитники.

Об истории дивизии и ее славном подвиге на берегах Днепра рассказали мне участники обороны, встреча которых произошла в Могилеве в апреле 1963 г.

172-я стрелковая дивизия была сформирована в 1939 г. на базе 84-й дивизии и дислоцировалась недалеко от Тулы в городе Новомосковске. Здесь находились штаб 172-й дивизии, 747-й стрелковый полк, 341-й отдельный зенитный дивизион, 222-й батальон связи, 340-й легкий артиллерийский полк. В Богородицке стоял 493-й гаубичный артиллерийский полк, в Ефремове - 388-й стрелковый полк, в Белеве - 514-й стрелковый полк.

Комплектование частей дивизии проводилось из жителей Тульской области и частично Московской, прибыла также группа военнослужащих из Белоруссии и Горьковской области. Но основной костяк 172-й дивизии составляли туляки. Тульский областной комитет партии очень много помог в устройстве частей дивизии. Вскоре 172-я дивизия была направлена на финский фронт. Здесь воины дивизии получили первое боевое крещение. После финской кампании дивизия возвратилась в прежние пункты дислокации и приступила к планомерной боевой учебе.

В дни, непосредственно предшествовавшие Великой Отечественной войне, дивизия выехала в Тесницкие лагеря под Тулой для прохождения летней учебы.

К этому времени произошли некоторые изменения в командном составе дивизии. В частности, в конце ноября 1940 г. полковник Крейзер, командовавший дивизией со дня ее сформирования, был зачислен в Академию Генерального штаба. В апреле месяце 1941 г. в дивизию прибыл вместо него генерал-майор Михаил Тимофеевич Романов. До этого он также командовал стрелковой дивизией, дислоцировавшейся в Шауляе.