Читаем В начале войны полностью

Продвижение немецких войск на восток и развертывание второй мировой войны потребовали от Советского Союза принятия срочных мер по обеспечению безопасности своих западных и северо-западных границ и подступов к ним. Необходимость этих мер вызывалась тем, что правители Германии стремились использовать территорию прибалтийских республик и Финляндию в качестве плацдарма для нападения на СССР.

Чтобы упредить и пресечь действия немецких фашистов в этой части Европы, Советское правительство вступило в переговоры с Литвой, Латвией, Эстонией, предложив им на основе взаимного уважения суверенитета, государственной целостности и независимости, невмешательства во внутренние дела, заключить пакты о взаимопомощи, которые могли бы эффективно обеспечить взаимные интересы этих государств и СССР, и прежде всего в деле предотвращения угрозы немецко-фашистской агрессии.

Буржуазные правители Литвы, Латвии и Эстонии под давлением народных масс, хотя и с неохотой, вынуждены были пойти на договор с нами.

В конце сентября и начале октября 1939 г. такие пакты с тремя прибалтийскими республиками были подписаны. На основе этих пактов Советский Союз получал право размещения на территории Литвы, Латвии и Эстонии своих военных гарнизонов и организации советских аэродромов и военно-морских баз. За короткий срок эти базы были созданы и необходимое количество войск введено на территорию прибалтийских республик.

Не так, однако, получилось с заключением пакта с Финляндией. Финское правительство, тщательно скрывавшее свои связи с фашистской Германией и получавшее одновременно помощь от Англии, Франции и США, отказалось вести какие-либо переговоры и в конце концов спровоцировало войну с СССР. Результатом возникшей войны было серьезное поражение финских войск на Карельском перешейке, а затем последовавший за ним советско-финский мирный договор от 12 марта 1940 г. Теперь было серьезно улучшено дело обороны СССР против гитлеровской агрессии и на севере. Линия обороны в районе Ленинграда была отодвинута на северо-запад на 150 км.

Советское правительство продолжало принимать все меры к тому, чтобы упрочить добрососедские отношения с прибалтийскими республиками на основе заключенных договоров о взаимной помощи. Однако реакционные правительства Литвы, Латвии и Эстонии скрытно от народа вступили в переговоры с гитлеровцами. Выполняя волю германских фашистов, эти правительства заключили между собой тайный военный союз, направленный против СССР, и встали на путь враждебных, антисоветских провокаций.

Советский Союз в интересах своей обороны не мог дольше мириться с таким положением в Прибалтике. 14 июня 1940 г. правительству Литвы, а также правительствам Латвии и Эстонии были вручены ноты протеста.

Когда назрели события лета 1940 г., 6-й кавалерийский корпус несколько изменил места своей дислокации и оказался вблизи границ Литвы.

Утром 15 июня 1940 г. было получено сообщение, что литовское правительство согласилось на советские предложения, изложенные в ноте от 14 июня. Президент Литвы Сметона и несколько других крупных чиновников из его клики бежали в Германию, показав тем самым, кто стоял за их спиной.

6-й кавалерийский корпус получил новую задачу - двигаться на Каунас. 6-я дивизия шла в первом эшелоне корпуса и очень быстро и без каких-либо задержек в пути за сутки совершила марш в 135 км, показав исключительную выносливость и маршевую способность. Утром 17 июня ее части вступили в Каунас.

Население очень тепло встречало наших бойцов. Несмотря на злобную пропаганду, которую вела клика Сметоны против Советского Союза и Красной Армии, повсюду, начиная от границы, мы видели радостные лица, слышали приветствия. Это означало, что трудовой народ понимал происходящие события. Наши бойцы, чувствуя это, держали себя достойно и тепло отвечали на приветствия трудящихся. Через г. Каунас (тогда это была столица Литвы) корпус прошел в парадной кубано-терской и донской казачьей форме. Хороший внешний вид и отличная подготовка воинов 6-го кавалерийского корпуса вызывали восхищение жителей Каунаса. Даже некоторые военные атташе зарубежных государств, которые были тогда в Каунасе, не могли не высказаться похвально о советской кавалерии и танковых частях. Их поразила высокая организованность и дисциплина советской конницы и танковых частей.

На следующий день в 20.00 я был уже в Шауляе, где предполагалось расположить штаб корпуса и штаб одной из дивизий. С начальником гарнизона литовских войск мы даже успели определить помещение под штаб корпуса - здание окружного суда. Однако в 11.00 на следующий день был получен приказ о переходе 6-го кавалерийского корпуса в Телыпяй, и мы опять двинулись дальше.

Частям корпуса предстояло дислоцироваться в районе Кретинга, Паланга, Горджей, Ретавас. Я выехал туда, чтобы осмотреть эти пункты, которые были расположены в долине р. Миния, соединяющей центральные районы Литвы с морем.