Читаем В начале перемен полностью

Однажды выяснилось, что пропала одна из девочек. Сказали, что упала за борт. Но дети знали, её утащил монстр, живущий в бездонной пучине под кораблём. Маленький Ави рассказал, что видел, как ночью из моря выбралось что-то тёмное и прошмыгнуло над палубой, разглядывая спящих.

– Это Тиамат, – уверенно заявил Наум. – Женщина-гидра с семью головами. Не красавица. У нее львиные клыки, крокодиловые челюсти, крылья летучей мыши, лапы ящерицы, когти орла, тело питона. Подкараулим её ночью?

Желающих не наблюдалось.

– Трусы. – Наум вытащил свой нож и воткнул в палубу.

– Потусторонних чудовищ не убьёшь такой чикалкой, – возразил Марк. Не то что бы он так считал, но наблюдать самоуверенное превосходство Наума не было сил.

– А вот и запросто.

– А вот и нет.

Маленький Ави всхлипнул:

– Нас всех утащат и съедят.

Дети загалдели, стараясь перекричать друг друга, чтобы заглушить ужас, поднимающийся из сердца.

Фома появился, как всегда, неожиданно:

– Что за балаган?

– Ави видел чудовище на палубе.

– Все драконы живут внутри нас, – непонятно сказал воин. – И в этом смысл….

Он умолк.

– Смысл чего?

– Жизни. Расходитесь.

На следующий день Фома проводил занятие по рукопашному бою. Он разбил парней по парам с примерно равными силами. Марк оказался вместе с Наумом. Драка оказалась короткой. Марк легко опрокинул противника и всем весом упал сверху. Оказалось, что тот совсем не силён. Мальчишки изумлённо выдохнули. Наум еще несколько долгих секунд лежал на полу, потом тяжело поднялся, стреляя злым взглядом. Когда он встал, рядом не оказалось обычной свиты. Приятели почему-то отодвинулись в сторону. Парень стоял в пустоте, маленький, окружённый всеобщим разочарованием. Потом вдруг развернулся и молнией метнулся в трюм.

– Ничего, – сказал Фома. – Пусть побудет один. Поражения нужны не меньше, чем победы. А ты, Марк, не зазнавайся. Удача переменчива.

Так и получилось, хотя, скорее всего, Фома имел в виду другое. После полудня погода испортилась. Солнце померкло среди ясного дня. Простуженным волком выл шквальный ветер, чёрные лапы туч протянулись к кораблю. Громовые раскаты дробили небосвод, и простор моря превратился в мрачную холмистую долину, на которой вырос огненный лес молний.

– Привяжите себя верёвками, – скомандовал Елисей.

Корабль вставал на дыбы. Небо принялось стегать плетьми дождя. Тёмные волны нависали над кормой, окатывали палубу бурными потоками. Каскады воды неслись сверху, сбоку, снизу. Моряки впали в безумие. Гребцы поникли от великого страха и молились. Капитан требовал забить ему глотку якорем.

Марк еле успел обмотать себя и мачту куском каната, как из громадного вала появился Левиафан, морской дракон, похожий на разъяренного папу Якова. Из ноздрей валил пар, как из кипящего котла, между зубов плясали искры.

Неожиданно спасительная верёвка лопнула и упала к ногам. Мгновение монстр оглядывал палубу, потом схватил беззащитного парня зубами и потащил за собой в море. Мальчик вцепился в деревянный брус. Пальцы сорвались. Что-то ударило по голове. Разгорячённой кожей почувствовал холодную воду, которая мгновенно ворвалась в нос и рот. Судорожно пытался сделать вдох, но глотал лишь пену. Тело билось в конвульсиях. Яростный поток понёс его по реке, текущей из одной бездны в другую.

Вдруг понял, что может обойтись без дыхания. Открыл глаза и увидел себя в странном, ярко освещенном трюме, среди десятков людей, тесно прижатых друг к другу. Факелов и светильников не наблюдалось, и источник света оставался загадкой. Все вокруг выглядели на удивление сухими. Это посреди бушующего моря! Вдобавок они праздно стояли, без вёсел, канатов и вёдер в руках. Ни капитана Елисея, ни команды не видно. Даже страшный шторм пропал. Хотя всё вокруг негромко гудело, стучало и мелко дрожало.

Люди были одеты крайне необычно, даже непристойно. Многие женщины казались нагими ниже пояса, лишь обмазаны слоем разноцветной смолы. Другие прикрыты короткими хитонами. Щеголяют голыми ногами и бедрами, как танцовщицы-блудницы. На мужчинах варварская одежда – тесные шальвары и короткие рубахи. Похожи на базарных комедиантов, один нелепей другого!

Вдоль борта стояли скамьи, где, не поднимая глаз от плоских камней в руках, сидели люди. Может быть, перед ним учёные книжники, зачем-то рядящиеся в актёров?

За их спинами стена была странная, блестящая и гладкая. В ней не только отражались Марк и люди вокруг, но было видно насквозь то, что снаружи. Мальчик похолодел от ужаса. Там, в глубине тёмного пространства, различались спутанные внутренности огромного чудовища. Жилы, цвета сажи, грязные вены, по которым наверняка текла чёрная кровь.

Марк очумело соображал. Левиафан проглотил его. Он умер, и так выглядит Шеол, обитель мёртвых. В пользу гипотезы говорил воздух – безжизненный эфир. Вокруг не пахло ни морской свежестью, ни песком пустыни, ни ароматом травы. Даже у толпы отсутствовал человеческий дух, запах пота, дыхания, одежды.