Читаем В мышеловке полностью

Двери гостеприимно раздвинулись, мы кинулись в кабину, и я быстро нажал кнопку первого этажа.

Двери закрылись, и лифт стал плавно спускаться.

– Где машина? – спросил я.

– На стоянке.

– Быстро подъезжай к боковому входу.

– Сара! – Она со страхом посмотрела на меня. – Возьми мою сумку. Она в холле.

Она медленно перевела взгляд на мою единственную руку и пустой рукав пиджака.

– Сара!..

– Да, конечно… Ладно…

Мы выскочили в холл, где было полно людей, возвратившихся со скачек. Люди переговаривались, собираясь группами и расходясь, и охватить взглядом всех было невозможно.

«Тем лучше», – подумал я.

Чемодан и сумка ждали нас возле входа. Их сторожил юноша в форме носильщика. Я подошел к нему с десятью долларами.

– Спасибо, – вежливо поблагодарил он. – Может, поймать вам гакси?

Я отрицательно мотнул головой, взял чемодан, а Сара – сумку, и мы вышли на улицу, а потом свернули направо, где должны были встретиться с Джиком.

– Его нет. – Она была близка к панике.

– Приедет! – подбодрил я ее. – Мы сейчас пойдем ему навстречу. Гляди веселее!

Я нервно озирался, ожидая погони, но ее не было. Джик на двух колесах вывернул из-за угла и затормозил возле нас.

Сара мгновенно забралась на переднее сиденье, а я с чемоданом – на заднее. Джик лихо совершил разворот на сто восемьдесят градусов, и мы помчались прочь от «Хилтона», пренебрегая правилами ограничения скорости.

– Ну вот, – проговорил он наконец и рассмеялся, позволив себе расслабиться. – Как ты все-таки до всего додумался?

– «Братья Маркс». Помнишь?

– Да. Дурацкая комедия.

– А куда мы едем? – спросила Сара.

– Заметил ли ты, как моя супруга возвращает нас к действительности? – пошутил Джик.

Мельбурн протянулся на много километров.

Сначала мы ехали на север, а потом на восток по, казалось, нескончаемым пригородным районам, где всюду шло строительство – дома, магазины, гаражи, – все выглядело процветающим и неожиданным, на мой взгляд, очень по-американски.

– Где мы? – спросил Джик.

– Бокс-Хилл, – ответил я, прочитав название на вывеске магазина.

– Здесь или в другом месте – один черт!

Мы проехали еще несколько миль и остановились возле мотеля среднего класса, на фасаде которого развевались пестрые флажки. Мотелю было далеко до «Хилтона», хотя наши номера оказались чище и уютнее, чем мы предполагали.

Диваны без каких-либо затей, прямоугольник истертого коврика, прибитый по краям к полу, и настольная лампа, привинченная к столу. Зеркало, прикрепленное к стене, вращающееся кресло, пестрые занавески и горячий душ.

– Хозяева позаботились, чтобы мы тут не стибрили чего-нибудь, – ухмыльнулся Джик. – Давай нарисуем им фреску…

– Нет! – вскричала все еще не оправившаяся от испуга Сара.

– Есть чудесная австралийская поговорка, – проговорил Джик. – «Если оно двигается – стреляй, если растет – руби!»

– А почему ты ее вспомнил? – спросила она.

– Мне вдруг показалось, что Тодду будет приятно услышать ее.

– Нам необходимо все серьезно обдумать. – И мы, сидя в моем номере, старались придумать нетрадиционные способы отвлечься от создавшейся ситуации.

Джик крутился в кресле, Сара сидела на одном диване, а я – на другом. Мой чемодан и сумка стояли рядышком на полу.

– Вы понимаете, что мы смылись из отеля, не оплатив счета? – спросила Сара.

– Не волнуйся, – ответил Джик. – Мы не забрали багаж, так что пусть думают, что мы еще живем там. Через некоторое время я им позвоню.

– А как же Тодд?

– Я расплатился. До вашего возвращения. У Сары немного отлегло от сердца.

– А как Грин нашел вас? – спросил я.

– Одному Богу это известно, – отозвался Джик хмуро.

– Но как ты узнал про Грина? Это просто невероятно, – встрепенулась Сара. – Как ты узнал, что в номере есть еще кто-то, кроме нас с Джиком? И вообще, как ты узнал, что мы влипли?

– Джик мне сказал…

– Он не мог! Он не мог рисковать, предупреждая тебя! Он должен был просто пригласить тебя. Он так и сделал… – Ее голос задрожал, и на глаза навернулись слезы. – Ты понимаешь, они ведь заставили его…

– Джик все сказал мне. Во-первых, он назвал меня Чарльзом, чего никогда не делает, и я сразу понял, что здесь что-то не так. Во-вторых, он был груб со мной. Я знаю, ты считаешь, что он всегда ведет себя таким образом, но ты ошибаешься. Я догадался, что кто-то находится в вашем номере и вынуждает вас пригласить меня, чтобы я попал в западню. И наконец, он обозвал меня «чертов оксид хрома», а оксид хрома – пигмент в зеленой краске, грин. И тогда я понял, кто именно расставил свои сети.

– Да, зеленая краска – грин! – Слезы в ее глазах высохли. – Вы оба действительно необыкновенные парни!

– Профессиональные знания! – ответил Джик.

– Расскажите, что произошло? – попросил я. – Со всеми подробностями.

– Мы вышли перед последним заездом, чтобы избежать столпотворения на дороге, и без происшествий доехали до отеля. Я поставил машину. И как только поднялись в номер, в дверь ворвались они…

– Они?