Читаем В месте здесь полностью

– А мне воспоминания помогают. Потому что в большинстве мест и случаев чувствую себя чужим, а хочется и своё почувствовать (не в смысле мне принадлежащее, а в смысле близкое). Сегодня ходил по супермаркету и думал, какие тебе фрукты привезти. Сухих персиков почему-то нет, зато огромный выбор фиг. И батата – сладкого картофеля.

– Очень острое чувство твоего отсутствия – именно режущее – ем сушеный абрикос, и вспоминаю тарелку с ними у тебя на столе – и миндаль – и это всё начинает разворачиваться – невозможность прикоснуться, показать, поехать…

– Не могу уснуть – всё время хочется чувствовать твоё тепло за спиной. Напомни мне сказать это вслух, а то всё время забываю… Я уже отправляла тебе это письмо или ещё нет? Или ты отвечаешь на мои вопросы до того, как я успеваю их задать?

– Я тебя не идеализирую, я тебя всячески в спину толкаю, и ехидничаю, и жду.

– Вот это другое дело. Ощущается полнота восприятия. А между ехидничаю и жду – знак приблизительного равенства?

– Знак И, конъюнкция.

Одеяло лежит так, что кажется – тебя под ним нет. Только рыжие волосы на подушке. Потом ты подняла руки – вставать надо, но не хочется – руки подняты – пусть хоть что-то будет в вертикальном положении.

– Нашла в шкафу фруктовое глицериновое мыло, а оно тобой пахнет, потому что ты у меня таким мылом пользовался. Как жить? И от ванильно-миндального геля для душа тоже воздерживаюсь, а то затоплю ванную слезами нежности и умидения.

– Я радуюсь случайной находке.

– Умидение – это умиление с насморком или гайморитом, – кому что больше нравится.

– Нет, там мидии, мидяне и еще что-то.

– Я тоже твоих писем жду, а ты не отвечаешь. Вернее, не пишешь. Я-то вчера ответила в файле, но не отправила. Поэтому сегодня со спокойной душой жду от тебя вестей, а ты справедливо молчишь…

– Один из больших моих страхов – что ты перегоришь и устанешь ждать – а другой – когда так долго что-то предвкушаешь, реальный приход этого может показаться слишком маленьким. Ведь приеду только я. Давай попробуем и из этого выбраться.

– Сегодня начала читать книгу «Salt: A World History» by Mark Kurlansky. Прочитала две главы (одна про Китай, следующая будет про Египет). Соль, оказывается, столько символизирует и такое значение для всего имеет!

– Мне тоже больше всего интересны детали – лица вещей или людей, лица их существований – потому и не люблю Платона с его общими идеями.

– Жалею, как могу, на расстоянии. А ты что, опять всё до последнего момента отложил? Ты ж ко мне совсем измотанным приедешь!

– Да не я откладываю, а работа ветвится. Надо то доделать, и это, и это. Так всегда бывает. Начинать легко… а как начнёшь… но постараюсь не измотаться и отоспаться в поезде.

– Для тебя я всегда доступна. А ты не только доползёшь, но и всё остальное. А то не пущу.

– Лб =ххх=ъ. Это кошка! По-моему, она забылась и стала слишком явно выражаться! Пишет, что тоже любит и троекратно целует. А почему ты никогда её не гладишь и не берёшь на руки? Боишься нарушить её свободу или из вежливости по отношению к хозяйке? Узнать обо мне больше можно по адресу http://www.desertusa.com/april96/du_bcat.html. Говорят, такие, как я, живут около двадцати пяти лет. Ты точно вернёшься до того времени?

– Рысь посмотрел – весьма милая. Что до срока жизни – крупные существа живут дольше (мышка десять месяцев, слон – лет семьдесят). Обычная рысь двадцать фунтов, в тебе под сто, так что – если прямо пропорционально – тебе не двадцать пять лет положено, а сто двадцать пять. Зависимость, конечно, более сложная, но надеюсь, я тебя еще много —

– Знаешь, мне кажется, что понимание – это такая хрупкая и условная вещь, что о ней нужно говорить очень осторожно. Как люди приходят к выводу, что они кого-то понимают, или их понимает кто-то? Тут ведь очень много домысливания. Конечно, обнаруживаются точки соприкосновения, и люди делают вывод, что это и есть понимание. У меня же часто – скорее приятие. То есть я не понимаю человека, не могу его для себя объяснить, но стараюсь не отторгать. Не непонимание, но ещё и не понимание тоже. Пойду тебя снить во фривольных образах. Вчера во сне, правда, мы только постель успели разобрать, и всё. Будем навёрстывать?

– Быть загадкой – и хорошо (неисчерпанность), и трудно (непонимание и неправильное действие в ответ). Но думаю, мы еще долго. А потом человек меняется – так можно оставаться загадкой – долго – всегда? Опять балансирование. Не думать поспешно, что понимаешь кого-то, – но действительно бывает, что какого-то человека исчерпываешь, хотя это печально. Но и без понимания тоже нельзя. Стремясь к пониманию и ускользая от него – может, это как горизонт – ты к нему, а он от тебя, но благодаря этому ты идёшь и многое видишь по дороге.