Читаем В ловушке страсти полностью

Дыхание перехватило, по коже побежали мурашки, стало жарко и хорошо. Как в тот раз в душе, но в десятки раз ярче. Просто от понимания, что Дэмиан – сильнее, что я ничего не смогу ему противопоставить и хочу этого или нет, но он сейчас меня накажет.

В том, чтобы вот так раздеваться под голодным взглядом мужчины по его приказу было что-то неимоверно заводящее. Я чувствовала себя покорной жертвой, отданной на заклание чудовищу. И это не пугало, не отвращало, а только опьяняло еще сильнее. Низ живота приятно пульсировал, я знала, что уже мокрая, и это понимание усиливало чувство стыда и возбуждения. Я сняла блузку, потянулась было к галстуку.

– Теперь юбку, – очень хрипло приказал демон. – Галстук оставь.

Я замешкалась, расстегивая молнию. Разжала стиснутую в пальцах ткань. Юбка упала на пол. Жаждущий взгляд демона гулял по моему телу, обжигая кожу.

– Послушная девочка, – его взгляд замер на моих бедрах. – Что ты чувствовала, когда сидела без трусов на лекции.

Щеки обожгло румянцем. Закусив губу, я потупилась, понимая, что скорее умру, сгорю от стыда на месте, чем признаюсь в том, как сильно меня завел его приказ. Что весь день на лекциях думала о демоне. И о том, какие извращенные истязания ждут меня сегодня вечером.

– Десять ударов за неповиновение. Отвечай!

– Я… – слова звучали очень тихо, царапали гортань. – Мне было стыдно.

– Только стыдно? – он странно усмехнулся.

– Да.

– Еще тридцать ударов за ложь. Ты не должна лгать мне, Риана. Что ты чувствовала, кроме стыда?

Сказать это было немыслимо. Но не подчиниться еще более немыслимым, таковы правила нашей игры. Я – покорная, старательная. Он – властный и строгий.

– Возбуждение, – выдохнула я, казалось, вообще беззвучно.

– Молодец, хорошая девочка, – насмешка в его голосе царапнула слух. – Выпрямись и заведи руки за спину.

Я послушалась. И затаив дыхание наблюдала, как демон идет вдоль стены, выбирая орудие сегодняшнего наказания. Когда он снял стек, не смогла удержать облегченного вздоха.

Стек – это почти не больно.

Мой взгляд прикипел к черной кожаной петельке на конце. Все время, пока демон приближался, я не сводила с него глаз. Неужели он действительно сейчас отшлепает меня этой штукой? Неужели я ему позволю?

Стек коснулся моего подбородка, заставляя поднять взгляд.

– Смотри мне в глаза.

– Да, господин, – это слово вырвалось само. Зрачки Дэмиана расширились, дыхание замерло. Кожаная петелька скользнула выше, легла на губы. Я стояла, не отрывая от него взгляда, и меня почти трясло от неимоверного возбуждения. Возбуждения от мысли, что он сейчас поставит меня на колени и отшлепает. Меня, принцессу.

Никогда в жизни не испытывала подобного!

Дэмиан погладил стеком мои губы, шею. Коснулся съежившегося соска и ударил – совсем легко, без замаха. Низ живота прострелила судорога удовольствия, я не смогла сдержать восторженный стон.

– Встань на колени.

Еще полчаса назад я бы дико возмутилась. Дала пощечину, послала бы его нахрен и ушла. Но сейчас, когда я признала вслух свои тайные желания и стояла перед ним – почти обнаженная и мокрая от возбуждения, когда тело изнывало, ожидая ласки или удара, это казалось правильным. Единственно возможным.

Стараясь сделать это грациозно, я опустилась на колени. Ноги утонули в густом ворсе ковра. Прямо перед глазами маячила тяжелая бляха ремня на джинсах демона, а выпирающий под ней бугор так и притягивал взгляд.

– Я сказал: смотри мне в глаза, – еще один щелчок по второму соску, заставил меня всхлипнуть. Если бы Дэмиан сейчас приласкал меня, хотя бы коснулся, я бы кончила, как не кончала никогда в жизни.

Но кроме возбуждения был стыд. Он мешал поднять взгляд на мужчину, которого я вслух и в мыслях сейчас называла “господином”. Пусть он останется безликим, всесильным и непостижимым. Пусть у него не будет имени, безшабашной улыбки, темно-рыжих встрепанных волос. Мне же потом встречаться с ним в академии, как-то общаться, делать вид, что ничего не случилось! Я не выдержу!

– Пожалуйста… господин, не надо…

– Ты споришь со мной, – он запустил руку мне в волосы, дернул, заставляя посмотреть на него. Я заглянула прямо в бешено пылающие глаза, и мне показалось, что лечу в бездну. Что мою волю и желания связывают тысячи незримых нитей, навеки приковывая к демону. Словно я всего лишь бабочка, застрявшая в паутине, и паук уже на подходе.

– Пожалуйста… мне стыдно, – я зажмурилась, обреченно ожидая удара.

Его не было.

– Хорошо, но за это… – палец мягко коснулся моих губ. – Ты сделаешь кое-что другое. Открой рот.

Я послушалась. Обхватила губами палец, впустила в себя, посасывая. Внутри все сжалось в ожидании тошноты, но ее не было. И не было отвращения – это же всего лишь палец, а не член. Возбуждение не утихло, а стало еще острее. Возможно ли, что я избавилась от своей фобии, сама не заметив этого? Не знаю. Но сейчас мне нравилась подчиненная поза, нравилось ласкать Дэмиана языком и губами. Осознание, что он – изгой, бывший каторжник – приказывает, а я – дочь императора – покорно выполняю кружило голову сильней крепленого вина.