Читаем В ледяном аду полностью

– Насчет подручных материалов – это преувеличение. Вот если бы меня запустили в супермаркет, то там я подобрал бы ингредиенты на полках с бытовой химией. Все то, что есть у нас, я уже не раз перебирал в уме. Хорошей бомбы не получится. А вот нетрадиционную вполне можно соорудить из того же газового баллона. – Сазонов поставил кофе на пол и подошел к плите. – Изготовляется такая бомба элементарно. Откручиваем шланг. – Подрывник пока еще не сопровождал свои слова действиями, баллон оставался присоединенным к плите. – Делаем на конце шланга сопло, приоткрываем вентиль и поджигаем выходящий газ. Огонь направляем на сам баллон. Он разогревается, и через какое-то время гремит мощный взрыв. Если поставить баллон к двери, то он ее сорвет с петель. Обещаю.

– Прогреметь-то прогремит, но и нас всех в клочья разнесет, – резонно напомнил аспирант Черный.

– А гальюн зачем? Там мы все спокойно можем спрятаться и выйти уже после взрыва.

– Тоже правильно.

Но Черному не понравилось такое предложение. Расклад сил даже с учетом снесенной двери оставался в пользу охраны.

Аспирант наморщил лоб и принялся рассуждать вслух:

– Один охранник постоянно дежурит у выхода на палубу. Двое отдыхают. Вот если бы нам удалось обезвредить часового и завладеть его оружием, то у нас появился бы неплохой шанс. – Черный поднялся, подошел к шкафчику с посудой и стал перебирать тарелки.

Посуда в плавучей тюрьме была разношерстная. Ее явно пополняли от случая к случаю. Тарелки здесь были как фаянсовые, так и пластиковые. Свой выбор аспирант остановил на старой алюминиевой солдатской миске.

– Теперь все больше одноразовыми пользуются или пластиковыми. А это раритет. Привет нам из двадцатого века. Шлюмка.

– Чего-чего? – переспросил Сазонов.

Слово показалось ему знакомым, но точного его значения он не знал.

– Так зэки алюминиевые тарелки называют. А то подобие мяса, которое в эти тарелки попадает, именуется бациллой.

– Ты что, на зоне сидел по малолетке? – Подрывник вскинул брови.

– Должен открыть страшную семейную тайну. – Черный рассмеялся и поглядел в иллюминатор, за которым прохаживался охранник в камуфляже. – Сам я не сидел. Но мой покойный дедушка, царство ему небесное, в свое время был очень авторитетным уголовником, больше двух третей жизни на зоне провел. Ну, а когда в старости его по амнистии выпустили, то он и вспомнил о грехах молодости, отыскал мою бабушку, с которой в незапамятные времена закрутил бурный роман, и занялся воспитанием внука, то есть меня. Вот дед и передал мне свой богатый зэковский опыт. Благодаря ему я научился отлично играть в карты, лепить скульптурки из хлебного мякиша, смешанного с солью, и превращать шлюмку в страшное оружие, настоящую летающую тарелку из «Звездных войн». – Сказав это, Черный махнул рукой.

Миска, вращаясь, полетела в сторону Сазонова. Подрывник ловко словил, повертел, осмотрел со всех сторон.

– Ну и что здесь страшного? – спросил он.

– А то, что зэки края шлюмки затачивают до состояния бритвы, а потом используют ее по назначению. Спрятал миску под крыло клифта – так зэки телогрейки называют, – а потом и запустил в вертухая на вышке. Прямо в горло. Бесшумное оружие, совсем как у ниндзя. Зэки – народ изобретательный. Они и из бензопилы вертолет способны соорудить, лишь бы с зоны деру дать.

– Ничего себе дедовская наука! Ты что, ему помогал шлюмку затачивать?

– Дед меня и метать ее научил. Мы с ним выходили на пустырь и бросали, кто точнее.

– В ментов, что ли?

– Покойный дед с прошлым на тот момент уже завязал. Мы сшибали всякую лебеду, крапиву. Короче, развлекались. – Черный осмотрелся в помещении, облюбовал неровный сварной шов, стал водить по нему кромкой алюминиевой шлюмки и комментировать свои действия: – Сталь тверже алюминия, а потому и снимает стружку.

За час работы Валерий уже вчерне обработал кромку тарелки. Он доводил ее деревянным брусочком, обмазанным пылью и ржавчиной, смешанными с водой. На это ушло еще около часа.

Другие пленники смотрели на аспиранта с нескрываемым восхищением. Ни у кого из них в родственниках не числилось уголовных авторитетов, знавших секреты превращения посуды в смертоносное оружие.

Черный, самодовольно улыбаясь, водрузил на столик подшивку глянцевых американских журналов, отошел в дальний конец помещения, слегка прищурился и метнул шлюмку. Та ударилась в подшивку и осталась торчать из нее. Пленники обступили мишень, в которой застрял метательный снаряд.

– Ни хрена себе! – вырвалось у Сазонова. – Три номера насквозь прорезала. Бумага-то плотная, мелованная. А если бы в глаз?

– Надо не в глаз, а в шею. Чтобы до позвонков достало.

– Однако!.. Классно тебе дед руку поставил, если ты с первого раза в цель угодил.

– Это как езда на велосипеде или умение плавать. Один раз научишься, и уже на всю жизнь.

Сазонов встал на цыпочки и выглянул в мутный иллюминатор. Охранник с автоматической винтовкой за плечами неторопливо прохаживался по палубе. Он то и дело позевывал, даже не думая прикрывать рот рукой.

Сергей глянул на часы и заявил:

– Они сменяются через час. Мы должны успеть.