Читаем В этот раз - навсегда полностью

– Надеюсь только, что вино у них здесь настоящее! – не слишком оптимистично сказала она. – Иначе нет никакого смысла платить такие деньги! Да, кстати, не волнуйся, сегодняшний ужин за счет моего журнала. Раз уж я буду писать рецензию...

– А почему нет козявок? – поинтересовалась Джулс.

– Потому что выложить красиво мидии на тарелке любой дурак сможет, а вот приготовить молоки в белом вине или зайчатину в чесночном соусе – только мастер. Будем считать, что я провела тест.

– Ясно, – кивнула Джулс. Во всем, что касалось еды, подруге она доверяла безоговорочно.

Вино подали, как и полагается, с сыром, чем заслужили поощрительную улыбку Алисии.

– Да ты права, отличное местечко! – заметила она, осторожно отпив малюсенький глоточек вина.

– Настоящее? – с трепетом, который всегда испытывала, когда подруга начинала дегустацию, спросила Джулс.

– Да, настоящее, – подтвердила Алисия и закрыла глаза от удовольствия.

Ну и еще затем, чтобы не видеть недоумение на лице подруги, которая не слишком-то разбиралась в винах и не могла не то что с одного глотка, а с целой бутылки определить, действительно ли это вино урожая тысяча девятьсот семьдесят восьмого года.

Блюда так же полностью оправдали надежды Алисии. Уже приступая к зайчатине, она поняла, что Стоворд наконец-то нашел настоящего гения кулинарии.

– Мы должны вызвать шеф-повара и поблагодарить его! – сказала Алисия, смакуя последний кусочек наполеона с клубничным вареньем.

– А мне всегда казалось, что наполеон делается с масляным кремом...

– Масляный крем, белковый крем или клубничное варенье. Допустимо все. Мне лично больше нравится с клубничным вареньем: терпеть не могу масло!

– Никогда не могла понять, как ты держишь в голове столько подробностей о еде.

– Просто я очень люблю есть.

– Я тоже люблю есть!

– Нет, Джулс, прости, но ты любишь набить живот чем-то вкусненьким. А я люблю есть. Для меня важно все, начиная от свежести продуктов, которые использовал повар, и заканчивая сервировкой. Хотя даже самые лучшие продукты можно испортить, если повар неумеха!

– Я только одного не понимаю: почему же ты тогда сама толком не готовишь?

Алисия пожала плечами.

– Просто не люблю делать что-то хуже других. А с поваром Стоворда я никогда не смогу сравниться. Он просто гений!

Жестом Алисия подозвала официанта и попросила его вызвать повара.

– Я никогда не видела, чтобы ты вызывала повара.

– Я делала это всего три раза. И все три, когда была во Франции, – призналась Алисия. – Ты же знаешь, я обожаю французскую кухню!

– Мисс Вульф!

От неожиданности Алисия вздрогнула.

– Ах, Стоворд, это вы! – выдохнула она.

– Какая честь для нас!

– Только не нужно кричать об этой чести на весь ресторан, – попросила Алисия. – Знакомьтесь, моя подруга миссис Джулс Уэлч. Джулс, это мистер Ричард Стоворд.

– Очень приятно, – вежливо произнесла Джулс и подала Стоворду руку.

Он галантно поцеловал изящную кисть Джулс и вопросительно посмотрел на Алисию.

– Хотите знать, с заданием я или просто так? – усмехнувшись, поинтересовалась она.

Стоворд молча развел руками.

– Просто так, – поспешила успокоить его Алисия. – Но завтра же напишу о вашем чудо-поваре. Как вы только смогли переманить в Америку этот талант? Наверное, вы его выкрали и держите в неволе. – Алисия игриво погрозила Стоворду пальчиком. – Ни за что не поверю, что французы добровольно согласились отпустить этот самородок!

– Я умею быть убедительным, когда мне это нужно.

– Да уж! – усмехнулась Алисия. – И где же ваш повар? Я хочу поблагодарить его.

В этот момент к столу подошел совсем еще молодой человек, высокий, очень худой, с наивными добрыми глазами.

– Милый мальчик, – не слишком тихим шепотом прокомментировала Джулс.

Подруга иногда поражала Алисию полнейшим пренебрежением к правилам приличия. Но на этот раз Алисия согласно кивнула. Есть мужчины, про которых можно сказать просто «милый мальчик», и все сразу же становится понятным.

– Дамы, разрешите представить вам: Жан Роше, самый лучший повар на планете! Жан, знакомьтесь, это миссис Уэлч, а это Алисия Вульф.

Жан поднял на Алисию удивленные глаза нежно-голубого цвета, и Алисия почувствовала, что пропала.

– Да, это та самая мисс Вульф, которой вы, Жан, так боялись! – рассмеялся Стоворд.

– Мсье Жан, – Алисия сразу же перешла на французский, нисколько не заботясь о том, понимает ли Стоворд, о чем она говорит с его поваром, – я хочу поблагодарить вас за чудесный ужин. Вы настоящий талант, и мне будет очень приятно писать рецензию на ваши кулинарные шедевры.

– Благодарю, мадемуазель, – смущенно пробормотал Жан. – Ваше признание мне особенно приятно не только потому, что вы специалист, но и потому, что получено от очаровательной женщины!

– Галантен, как и все французы! – рассмеялась Алисия.

– Приятного вам вечера, мадемуазель, и вам, мадам, – по-английски закончил Жан и, поклонившись, ушел.

– Все же не слишком приятно, когда к твоей ровеснице обращаются мадемуазель, а к тебе мадам! – горестно вздохнула Джулс, разглядывая вино в бокале.

– Не знал, что вы владеете французским, – удивленно глядя на Алисию, сказал Стоворд.