Читаем В ад и обратно полностью

— Ты не даешь соскучиться, Хани, — заявила мама. — Никогда не знаешь, что в следующий момент взбредет в твою голову.

Диана думала об этом весь день. Не о том, что ей в голову взбредают странные идеи (вовсе они не странные), а об отъезде. Уильям приехал, купил кольцо, и собирался окопаться вокруг участка Мастерсов. Ну или по крайней мере не давать Диди спокойно находиться в городе и дышать морским воздухом. Ее бы не слишком это беспокоило, если бы не одно «но»: увидев сегодня некогда родные золотистые глаза, у Дианы что-то стало с ногами. С коленной их частью. Они немного превратились в желе и только сила воли вернула все назад. Но сила воли — дама переменчивая. Несколько недель назад Диана точно сдалась бы сразу и упала в хорошо знакомые руки, однако с тех пор многое изменилось, многое случилось. Большая часть сознания желала Билли сдохнуть в придорожной канаве, сегодня Диди очень гордилась своим поступком… Но кто знает, что произойдет в следующую встречу.

Оставался только один способ не сорваться: упаковать все в синие чемоданы и сбежать.

— Куда ты снова собралась? — устало спросил папа.

Диана вошла в кухню, села на свободный стул, провела пальцем по древесному рисунку стола.

— Уильям приехал, — пробормотала она в стол. — Не хочу его видеть.

— Никто не заставляет тебя с ним видеться, — резонно заметила мама.

— Он был здесь. И не отстанет. Так что мне лучше уехать.

Элизабет отодвинула от себя чашку, сложила руки на коленях, опустила на них взгляд. Что-то было не так в ее поведении. Решительная мама вдруг стала страшно неуверенной в себе.

— Это… не вовремя, — проговорила она. — Мы как раз собирались с тобой поговорить.

Более неудачное начала разговора придумать сложно. И более избитое.

— Мы хотели сказать тебе кое-что очень важное, — продолжала Элизабет. — Хани… У тебя выдалось нелегкое время, и мы не хотели рассказывать, ждали, когда у тебя что-то наладится. Но время идет и дальше тянуть некуда.

— Ты сейчас именно тянешь, мама. — настороженно заявила Диди.

Элизабет глубоко вдохнула, собираясь что-то сказать, но ее перебил Макс.

— У меня рак, — спокойно проговорил он.

Кухня погрузилась в тишину. Диане показалось, что она оглохла. Кто-то стукнул ее по голове, и она провалилась в пустоту. Где-то на задворках сознания Диди мелькнула мысль, что кто-то должен разработать инструкцию по преподнесению важных новостей. Их нужно сообщать как-то иначе. В кино герои уже заламывали бы руки и рыдали, а не попивали зеленый чай без сахара. Все это пронеслось в голове прежде, чем там наступила пустота.

— Что? — выдохнула Диди спустя долгих десять секунд.

Папа сделал глоток из чашки, разломал вафлю.

— Рак щитовидной железы, — все так же спокойно сказал он, отправляя в рот кусочек. — Будут удалять всю железу, через два дня еду на госпитализацию.

Диана какое-то время во все глаза смотрела на умиротворенное лицо отца, прежде чем вскочить со стула, чуть не перевернув его.

— И я узнаю об этом только сейчас?! — выкрикнула она, делая шаг назад.

— Хани, — папа отставил чашку, взял Диану за руку, притянул к себе. — Прости, но мы правда хотели, как лучше. Ты была сама не своя, и мы надеялись, что скоро это пройдет… — он замолчал на секунду, растирая запястья Дианы большими пальцами. — Все будет нормально. Такие операции — не редкость. Удалят, реабилитируют, и я буду жить дальше. Правда, с обязательными таблетками, но на твоей свадьбе обещаю станцевать. Просто… не уезжай пока, ладно? Побудь дома, с мамой. Иногда будешь меня навещать, — он улыбнулся доброй, безмятежной улыбкой. — Я оставлю ключи от машины.

Голова кружилась, в ушах стучали молотки, в носу защипало. Диана несколько раз моргнула, потому что в глазах стояли слезы и отцовское лицо начинало расплываться.

— Но ты… — Диди сглотнула ком, — ты выглядишь хорошо. Как это понимать? Почему?

— Мы случайно обнаружили, — вступила в разговор мама. — Помнишь, недавно у него были камни в почках? Врач на УЗИ оказался нашим знакомым, предложил просто ради интереса посмотреть и другие органы. И увидел…

Диана не заметила, как снова медленно опустилась на край стула. Папа все еще держал ее за руки, будто из них двоих смертельное заболевание оказалось у нее. Однако именно так Диди себя и чувствовала. Родители только что всадили ей нож между лопаток. Смертельно.

— И что теперь? Как вообще это работает?

— Ну, — Макс почесал кончик носа, — я лягу в больницу, какое-то время меня будут готовить к процедуре, а потом просто вырежут щитовидку. На шее останется белый шрам… Ну знаешь, будто кто-то хотел отпилить мне голову, но остановился на полпути, — он весело хохотнул.

Диана слушала с содроганием. Она не хотела верить в происходящее, а папа вот так спокойно рассуждал на тему отпиленных голов. Мысли о Уильяме стали казаться самой незначительной мелочью из всех возможных незначительных мелочей.

— Пап, — тихо позвала Диди. — Ты же будешь жить, да?

— Буду. Я же пообещал.