Читаем В 1905 году полностью

Губернатор. Пусть каждый идет в свое консульство и выжидает там окончания событий. У меня нет времени для разговоров с ними. Идите, поручик.

Полицеймейстер. Слушаюсь, ваше превосходительство. (Уходит).

Звонит телефон.

Губернатор (берет трубку). Слушаю. Саламов? Да, здравствуйте. Такие вещи по телефону не говорят, Амир-Аслан-бек. Промысла сжигают? Это уж не мое дело, господин Саламов. У вас есть руки, у них промыслы. Патроны? А... это можно, устроим.

Полицеймейстер (входя). Простите, ваше превосходительство.

Губернатор (недовольно). Вы все выходите и возвращаетесь, поручик.

Полицеймейстер. Простите, ваше превосходительство, пришли рабочие представители, хотят видеть ваше превосходительство.

Губернатор. Я же сказал вам, что сегодня никого принимать не буду.

Полицеймейстер. Так точно, ваше превосходительство. Но он сам тоже пришел.

Губернатор (встает). Володин? Сам?

Полицеймейстер. Так точно, ваше превосходительство. Володин сам.

Губернатор. А кто еще с ним?

Полицеймейстер. Грузины, мусульмане, армяне, русские. Из всех наций.

Губернатор (лукаво улыбаясь). Это - растерянность, поручик. Он рискует своей жизнью. Но он смелее, чем я представлял. Пусть товарищи его подождут, а его впустите. Оставайтесь и вы там и ждите моего приказа. Да, чтобы не забыть. Надо выдать мусульманам немного патронов.

Полицеймейстер. Слушаюсь, ваше превосходительство. (Выходит).

Входит Володин.

Губернатор. А-а, господин Володин. Наконец-то нам посчастливилось видеть вас. Видно, судьба еще не совсем от нас отвернулась. Пожалуйста, садитесь. Ведь вы словно сказочный герой. Везде о вас говорят, а самих нигде не видно. Имя есть, а самого нет! Кажется... и бог такой же? Хе-хе-хе...

В о л о д и н. У нас, генерал, ни для шуток, ни для комплиментов нет времени. Мы пришли по делу. Прошу распорядиться впустить и моих товарищей.

Губернатор. Нет, господин Володин, я давно хотел вас видеть. Не дипломатия ли так вас захватила, что никак мне не удавалось заполучить вас? Наконец-то исполнилось мое желание, и я хочу говорить с вами наедине и откровенно. Дипломатия вещь не всегда хорошая. Она отнимает все время, вот и теперь вы торопитесь...

В о л о д и н. Я - не дипломат, я - рабочий...

Губернатор. Оно, на словах, конечно. Но мы слышали, что обычно рабочие бьют молотом, тащат столбы, а вы, слава богу, не из тех и не из других.

В о л о д и н. Столбов я натаскал много.

Губернатор. Только в Сибири, на каторге?

В о л о д и н. И еще под плетью генерал-губернатора.

Губернатор. Оказывается, Володин, вы дипломат не блестящий. Политика, это - шахматная игра. Вы подряд наступаете на короля, объявляя шах, но получаете мат.

В о л о д и н. Игра еще не кончена.

Губернатор. Для нас она уже кончена. Вы получили мат. Человек политики должен быть хладнокровен. Ваш приход сюда показывает, что вы побеждены. Вы ставите на карту свою жизнь, потому что вы проиграли и вам больше ничего не остается.

В о л о д и н. Снявши голову, по волосам не плачут.

Губернатор. Ого, но вы ведь не просто волосы. Вы - голова. И ваш конец есть конец игры.

В о л о д и н. Игру веду не я, а масса, жизнь, история.

Губернатор. Но во главе-то стоите вы!

В о л о д и н. Генерал, вы путаете вопрос, я бы просил...

Губернатор. Мне ваша просьба известна.

В о л о д и н. У нас не просьба. У нас требование. Мы требуем остановить эту братоубийственную резню.

Губернатор. Не потому ли, что она расстраивает ваши мятежные планы?

В о л о д и н. Почему вы разъединяете эти братские нации и натравливаете их друг на друга. Вы хотите, чтобы они уничтожили друг друга?

Губернатор. А как бы вам хотелось? Не прикажете ли вы объединить два диких народа, чтобы они под вашим руководством уничтожили нас, родных сынов России.

В о л о д и н . Это-преступление!

Губернатор. Во всяком случае не большее преступление, чем поднимать мятеж против трона его императорского величества и расшатывать основы Российской империи.

В о л о д и н. За трон и основы России они не ответственны. Они в своем доме и вас сюда не звали. Вы насильственно навязались им и теперь затягиваете петлю на их шее. Почему вы им не даете жить так, как они хотят? Что вам от них надо? Зачем вы пришли сюда?

Губернатор. Они, я думаю, и вас не звали, зачем же вы пришли?

В о л о д и н. Я пришел трудиться, я пришел за куском хлеба.

Губернатор. А я пришел защищать вас.

В о л о д и н. В вашей защите мы не нуждаемся. Мы принесли сюда свой труд, а вы свои штыки, свои виселицы.

Губернатор. Володин, без штыка они вам хлеба не дадут.

В о л о д и н. Мне не нужно хлеба, замешанного на крови.

Губернатор. Да я не о вас забочусь. Я солдат моей империи, которая хочет водрузить свое знамя на Бендер-Бушире и на берегах Босфора. А этот путь не одеколоном поливать надо, конечно. Его надо пробить штыком, а продукция штыка - это кровь и кости.

В о л о д и н. Так могут думать только палачи. Кто ответственен за эти горящие дома, за эту потоком льющуюся братскую кровь?

Губернатор. Ну, снявши голову, по волосам ведь не плачут, не так ли?

В о л о д и н. Они, генерал, не волосы. Это - люди, кровь их человеческая, братская кровь!