Читаем Узы брака полностью

Шагнув ближе, Дейн одним движением освободил ее волосы и рассыпал их по спине и плечам шелковистым веером. Просунув под них ладонь, Дейн притянул Каролину к себе.

— Понимаю, — прошептал он, обдавая ее лицо горячим дыханием. — Ты думаешь, что все дело в гормонах? Уже нет.

Она буквально задыхалась в жарких объятиях Дейна, была ошеломлена и растеряна.

— Секс и любовь — разные вещи, — наконец сумела выдохнуть она. — Как и любовь, и привязанность. По-моему, ты все перепутал.

— Нет, Каролина, я наконец-то во всем разобрался. — И он стиснул ее еще крепче. Его рука заскользила по спине Каролины, по тонкому серому свитеру, проникла под него и коснулась кожи.

От сильных пальцев Дейна по спине Каролины пробежала дрожь предвкушения и вожделения. Не давая ей увернуться, Дейн прильнул к ее губам, медленно раздувая пламя, уже пожирающее ее, сжигающее страх и запреты. Каролина застонала, и Дейн впился в ее губы с новой силой.

Беспомощная, охваченная желанием, она прижалась к Дейну, почувствовала его тело сквозь одежду. Выпрямившись, Дейн подхватил ладонями ее ягодицы и прижал к себе. Каролина вскрикнула, теряя самообладание. Бороться с ним было бесполезно. Дейн вновь завладел ее губами с алчностью, соперничающей с жаждой самой Каролины. Он пробуждал в ней безудержную страсть. Каролина таяла под его ласками, ее благоразумие улетучивалось, осторожность отступала. Только Дейн мог потушить разгоревшееся в ней адское пламя — Дейн с его волшебными руками, горячими губами и проницательными глазами.

— Я так хочу тебя, — хрипло пробормотал он. — Пойми, что и ты этого ждешь. Между нами больше нет стен.

Подхватив на руки, он понес ее вверх по лестнице в спальню, напомнив Каролине Ретта Батлера.

— Обратного пути у нас нет, — заявил он срывающимся голосом. — Иди ко мне, Каролина.

Она молча подвела Дейна к старинной кровати красного дерева, занимавшей большую часть комнаты, и легла поперек нее на стеганое одеяло. Это одеяло до сих пор напоминало Каролине летний день, когда ее бабушка терпеливо сшивала кусочки белого полотна и красного атласа. «Я шью его для тебя, Каролина, — объяснила она. — И для твоего мужа. Под этим одеялом ты будешь спать, любить и мечтать». В семь лет Каролина не поняла слов бабушки, но в тридцать два их смысл наконец-то дошел до нее.

— Я хочу видеть тебя, — прошептал Дейн, осторожно стаскивая с нее свитер и расстегивая лифчик.

Долгое время он любовался ею молча. Каролину переполняло предвкушение.

— Господи, как ты прекрасна! — наконец выговорил он.

Присев рядом, он подхватил грудь Каролины ладонью, и от этого прикосновения она невольно затрепетала.

— Тебе нравятся ласки моих губ? — Он самозабвенно целовал ее, обводя кончиком языка темно-розовые круги вокруг сосков. — Мои поцелуи будят в тебе желание?

В ответ Каролина застонала, ощущая странное сочетание желания и отчаяния. Она превратилась в сгусток дрожащей плоти, Дейн заставил ее забыть обо всем, кроме почти животной страсти, требующей удовлетворения.

— Ты дрожишь. — Он провел ладонью по груди и животу Каролины. — Как ты нежна и красива! Ты дрожишь от желания, понимаешь, Каролина?

— Да, — выдохнула она и открыла глаза.

Дейн не сводил с нее горящего взгляда. Взяв руку Каролины, он повел ею по шелковистой податливой коже. Это прикосновение показалось ей невероятно притягательным. Каждый дюйм кожи приобрел небывалую чувствительность. Дейн положил ладонь Каролины на свой живот.

— Почувствуй мое желание, Каролина. Ощути, как ты возбуждаешь меня.

Его орудие затвердело, как сталь. Каролина прижала ладонь к выпуклости под джинсовой тканью, ощутила ритмичную пульсацию. Повернувшись на бок, она принялась расстегивать рубашку Дейна, провела ладонями по его широким плечам, очертила кончиками пальцев бугры мышц. Она исследовала его постепенно, переходя от рук к груди и животу, наслаждаясь вздохами Дейна. Запустив пальцы в густую поросль на его груди, она подвергла Дейна сладкой муке. Его соски затвердели от возбуждения. Распластав пальцы по груди Дейна, Каролина провела ладонью вниз, заставив его задрожать, а затем склонилась к его губам. Она целовала его рот, шею, плечи, начала прокладывать поцелуями дорожку вниз по животу и помедлила у пояса джинсов.

— Не останавливайся, детка.

— Помоги мне, — попросила она. — Я больше не выдержу.

Дейн поднялся и быстро освободился от одежды. Встав перед Каролиной на колени, он снял с нее туфли и носки, легко коснувшись пальцами ступни. Каролина сжалась. Дейн ловко расстегнул ее джинсы и снял их. Наконец Каролина оказалась совершенно обнаженной.

Наклонившись, Дейн поцеловал ямочку у нее под коленом, и губы его двинулись выше, к бедру, но так медленно, что желание стало нестерпимым.

Все ее тело ныло от неутоленной жажды. Губы и руки Дейна блуждали по нему, пробуждая чувственные воспоминания. Ладони раздвигали бедра, язык касался самого потаенного, исторгая из уст Каролины гортанные стоны.

— Ты вся горишь, детка, словно костер в летний день.