Читаем Узнавание Ишвары полностью

Каждая фонема выступает как выражающее начало (вачака), имеюшее свой результат (выраженное – вачья). У истоков выражающего пребывает акула, которое, по сути, и есть абсолютный и первичный референт всех слов. Оно – это бимба (bimba), источник света, отражаемый посредством вачака в зеркале вимарши, которое есть вачья. Таким образом осуществляется комплексное осознавание (parāmarsa) каждой из фонем. Что касается фонем «a» и «ā», то для первой в роли вачья выступает шива-таттва, а для второй – шакти-таттва. В ходе parāmarsa этих первичных фонем в Шива-таттве выявляются 16 гласных, а в Шакти-таттве – 36 согласных¹⁰⁰. В своей совокупности они образуют высшую манифестацию, называемую śabdarāśi, которая есть базовый принцип, архетип всей последующей манифестации, как чистой, так и нечистой.

Фонема «a» есть чистое единство, в «ā» же уже возникает некоторая двойственность, которая выявлена из единства. Все это, как уже отмечалось выше, есть закономерный ход процесса самопознания. В сумме же единица и двойка дают чисто три, и эта совокупная триада порождает все последующее многообразие манифестации.

Хотя в ā уже намечается некоторая двойственность, тем не менее Шива– и Шакти-таттвы в совокупности все равно есть ануттара, в которой нет какой-либо объективности. Это связано с тем, что здесь мы имеем полное и всеохватывающее Я-сознание, в котором все познаваемое поглощается и становится тождественным высшему «Я. То есть в результате цикла рефлексивного осознавания «ахаммаха» кула становится тождественным акула. Но когда мы от пара переходим к парапара и апара, ситуация качественно меняется. «Я»-сознание познающих субъектов соответствующих таттв (Садашива, Ишвара и т. д.) уже не является столь всеохватывающим, что все познаваемое поглощается в нем, становясь «Я». Возникает некий остаток объективности, который все в большей степени возрастает по мере развития манифестации. В результате божества чистых таттв имеют как субъективную (ahantā), так и объективную (idantā) компоненты. Объективная (idantā) компонента позволяет им выступать в роли объектов медитации, почитания и т. д., а субъективная (ahantā) дает возможность индивидуальным существам познать их истинную природу – Я-сознание – и достичь с ней отождествления.

17. nāhantādiparāmarśa bhedādasyānyatātmanah ahammrśyatayaivāsya srstestinvācyakarmavat

У него нет отличия от самого себя из-за различного рода наименований – «Яйность» и т. п. Отношение его Я-осознания к творению подобно отношению самого действия к различным спряжениям глагола, выражающего это действие.

Лишь тот уровень рефлексивного осознавания, который есть ануттара, является всеобъемлющим и может рассматриваться как ahamparāmarsa. Мы не можем на него указать и сказать: «Это – Шива», «Это – Ишвара» и т. п., так как здесь нет никакого «это». То, на что мы указываем, говоря «Это – Ишвара» и т. п., представляет собой различного уровня ограниченные репрезентации изначального «Я-сознания», формируемые посредством майя-шакти Махешвары. То, что их ограничивает, осознается как соответствующая им объективность (idam-parāmarsa) и индивидуальные наименования (например, iśvaraparāmarśa и т. п.). Но все эти многочисленные репрезентации в действительности выражают одно и то же «Я-сознание», подобно тому, как те или иные спряжения глагола выражают различные модальности обозначаемого этим глаголом одного и того же действия.

18. māyāśaktyā vibhoh saiva bhinnasamvedyagocarā kathitā jñānasamkalpādhyavasāyādināmabhih

Благодаря майя-шакти Владыки сознание имеет в качестве объекта познания отличную от себя реальностъ, и именуется как знание (jñāna), воображение (samkalpa), определение (решение) (adhyavasāyh).

Благодаря действию майи в ее аспекте маия-мала (māyāya mala) (загрязненность многообразием, двойственностью) возникает различие между субъектом и объектом, в силу чего познаваемое воспринимается сознанием как нечто отличное от себя. В результате познание приобретает форму ментального конструирования (vikalpa)101 во всем многообразии его различных аспектов – воображение (samkalpa), определение (adhya-vasāyh), память (smrti) и т. п.

19. sāksātkāraksane ’pyasti vimarśah kathamanyathā dhāvanādyupapadyeta pratisamdhānavarjitam