Читаем Ужас. Вдова Далила полностью

Лицо его было задумчивым и бледным, казалось, что он переживал глубокое потрясение. За эти три месяца он будто постарел на несколько лет. Но в эту минуту он улыбался, а взгляд его был оживленнее, чем обычно. Он все еще страдал, но уже предвидел конец своим мучениям. Добравшись до квартиры Марии, Зиг, не раздумывая, позвонил.

— Я желал бы видеть госпожу ван ден Кольб, — сказал он Розе.

Однако в гостиной, где он не был уже несколько месяцев, его охватила грусть. Всякий предмет, каждый уголок возбуждали в нем рой воспоминаний. Там, у окна, она как-то улыбнулась ему, здесь поблагодарила за добрый совет. В этой гостиной в нем снова проснулась любовь. Если бы Мария в эту минуту вошла в комнату, он отказался бы от тех намерений, которые лелеял целый день.

Но вдруг взор его упал на диван, где Мария обычно сидела с Хорфди. Ему вспомнилась сцена, которую он наблюдал, стоя за стеклянной дверью. Теперь Зиг забыл все хорошее и помнил только причиненное ему зло. Но вот вошла Мария и, не приглашая его сесть, сказала:

— Я не думала, что еще увижу вас у себя.

Этот холодный прием нисколько не обидел сыщика. Он был умен и понимал: Мария должна ненавидеть его за то, что он заподозрил в преступлении любимого ею теперь человека.

— Я перестал посещать вас, — сухо пояснил он, — потому что моя миссия завершилась. Случай открыл мне убийцу вашего мужа, я арестовал его и передал суду. Ваша помощь была мне больше не нужна.

Его слова, нарочито резкие, глубоко оскорбляли Марию. Она спросила с горькой иронией:

— Ну, а теперь? Раз моя помощь вам больше не нужна, зачем…

— Зачем я явился к вам? — докончил ее мысль Зиг. — Я сейчас все объясню, если вы позволите мне присесть на минутку.

Вдова опустилась в кресло, этим давая полицейскому возможность сделать то же самое.

— Вы присутствовали на вчерашнем заседании? — осведомился сыщик.

— Да, но после того, как я дала показания, председатель позволил мне уйти.

— Значит, вы не знаете, что произошло в конце заседания?

— Нет, но, если вы пришли для того, чтобы сообщить об этом, то для меня это лишнее, так как наперед можно сказать, каков будет приговор. Когда дело касалось поимки убийцы моего мужа, вы имели возможность убедиться в моей храбрости и мужестве, но теперь, когда он арестован и предан суду, мне уже незачем думать о нем.

— Что ж, не буду говорить вам о том, чем закончилось заседание, раз вы уверяете, что знаете все наперед. Однако я считаю своим долгом рассказать вам о том, что выяснилось в ходе разбирательства. Ваш муж никогда не знал Зоннен-Лину, и его не видели вместе с ней.

— Ах! — воскликнула Мария, побледнев.

Если бы ей сообщили об этом несколько недель тому назад, она испытала бы огромную радость. Но теперь измена мужа была оправданием ее новой любви!.. Оправившись немного, Мария обратилась к Зигу с вопросом:

— Но что же, если не ревность, заставило атлета убить моего мужа?

— Не он убил вашего мужа.

— Не он?! Как так? Но ведь он сознался в преступлении!

— Произошла небольшая ошибка. Он действительно убил человека, но имени его атлет не знал. Он думал, что убил вашего мужа. Будьте любезны прочесть вот эту статью под заголовком «Суд», и вы узнаете, чем закончилось заседание, на котором вы не посчитали нужным присутствовать.

Мария дрожащими руками взяла протянутый ей листок. Когда она прочитала статью, листок выпал из ее рук. Зиг поднял его и сунул в карман, а женщина погрузилась в глубокое раздумье. Сыщик нарушил молчание такими словами:

— Теперь мы можем начать все сначала.

Гордо откинув голову назад, Мария спросила:

— Что начать сначала?

— Как что? Придется вновь приступить к поискам убийцы, — сказал Зиг с ледяным спокойствием.

— Это дело правосудия, — холодно заметила вдова, — я больше не желаю в это вмешиваться.

— Как быстро вы меняете мнение, — с иронией заметил сыщик.

Мария не выдержала и высокомерно воскликнула:

— Попрошу избавить меня от ваших колкостей!

— Если я и сожалею о происшедшей в вас перемене, то только потому, что мы рассчитывали на вас.

— Что вы хотите этим сказать?

— Я надеюсь, что вы не откажетесь помогать нам. К несчастью, я пошел по ложному следу, но теперь я вернусь к первоначальному, несомненно, верному.

— К первоначальному! — воскликнула женщина, только теперь начиная понимать.

— Да, конечно. Раз атлет оказался невиновным в убийстве вашего мужа, то я имею все основания снова подозревать Хорфди.

— Вряд ли это может повредить ему. Я хорошо его узнала, это безупречный человек. Не смейте оскорблять его своими подозрениями.

— Госпожа ван ден Кольб! — воскликнул Зиг, теряя терпение. — С тех пор как я вошел в эту комнату, вы не перестаете обращаться со мной в высшей степени пренебрежительно, будто я не человек, а безликое орудие правосудия. Что ж, прекрасно, в таком случае, я буду следовать тому, что велит мне долг. Мне дано поручение отыскать преступника, и я найду его, не заботясь о чувствах влюбленной женщины.

Мария вскочила с кресла и, указав Зигу на дверь, крикнула:

— Вон!

Побледнев, сыщик направился к двери, а вдова опустилась на кресло и в отчаянии воскликнула: