Читаем Узел полностью

— Естественно, смотрите, как это у меня здорово получается. — Он закинул ногу через край гроба. — Надеюсь, я не испачкаю этот чудесный белый сатин. Может, мне снять ботинки?

— Да нет, просто забирайтесь внутрь, и все!

Ричи послушно забрался в гроб и спросил:

— Мне тут сидеть или все же лечь?

— Ложитесь, — приказал Джад. — Теперь улыбнитесь. Вот так я вас и сфотографирую. А потом, когда я скажу «давай», вам надо будет сесть в гробу с большой, широкой улыбкой на лице.

— Следовательно, это все-таки комедия, а не фильм ужасов. Это мне больше нравится, — доверчиво сказал Ричи, опуская голову на мягкие складки ткани и закрывая глаза. — Моя жена страшно любила забавные сюжеты. Хотелось бы мне, чтобы она и этот фильм могла посмотреть.

Крышка гроба над его головой стремительно захлопнулась, и тут Ричи вдруг с ужасом вспомнил, что не заметил в комнате фотокамеры.

* * *

Этель поднялась на лифте обратно на верхний этаж. Она понимала, что ей лучше все-таки присутствовать на речи торжествующей Рут. К тому же, она уже чувствовала, что аспирин начал благоприятно воздействовать на нее. Головная боль проходила. Поворачивая за угол коридора по направлению к пентхаусу, она налетела на незнакомую молодую женщину.

— Извините, — сказала Риган и тут же добавила: — Вы идете на показ колготок?

— Да, — ответила Этель и удивилась, почему эта милая девушка выглядит такой обеспокоенной.

— Вы случайно не знакомы с Ричи Блоссомом?

— Да, конечно, я только что с ним виделась.

— Вы знаете, где он сейчас?

— Он поехал вниз в лифте несколько минут назад, чтобы его там сфотографировали.

— Сфотографировали?! — воскликнула Риган. — Где?

— Не знаю, не уверена… По-моему, он говорил что-то про один из залов для проведения семинаров.

— Он был один?

— Нет, с мужчиной, который, как я поняла, и есть фотограф.

Риган охватило острое отчаяние.

— Как выглядел этот мужчина?

Этель поняла, что речь идет о вещах весьма серьезных. Она нахмурилась и напрягла память.

— Он высокий, — быстро проговорила она. — Тонкое лицо, вытянутое. На нем был легкий пиджак. Подождите-ка. А, вспомнила. Когда он нажимал на кнопку лифта, я заметила на внутренней стороне его кисти глубокую царапину.

«Бог мой», — пронеслось в голове Риган. Она с предельной ясностью вспомнила тот момент, когда тот роллер, что столкнулся с ней на днях на улице, упал на тротуар и сильно оцарапал руку об асфальт. Риган рванулась с места, пронеслась мимо Этель и бросилась к лифтам. Нажала на кнопку вызова и так и не отпускала ее, пока лифт не подошел.

Этель бросилась за ней.

— А что? Этот милый мистер Блоссом мог попасть в какую-нибудь неприятность?

— В очень даже большую неприятность. Моя мать — Нора Риган Рейли. Скажите ей и моему отцу, что у нас тут чрезвычайное происшествие. Пусть срочно бегут к залам для семинаров. Все эти помещения надо немедленно обыскать.

Дверь лифта открылась. Риган бросилась внутрь.

Этель побежала к апартаментам, где проходил коктейль, завернула за угол, но тут же вынуждена была прижаться к стене коридора, чтобы не быть сметенной несущимися навстречу членами совета директоров компании «Калла-Лили». Все они следом за Рут бежали к лифтам. При этом Престон Ландерс воинственно размахивал в воздухе своим лассо и вопил:

— Вот это уже весело! Никогда не думал, что буду такое говорить, но, оказывается, могу: я рад, что вернулся!

* * *

Выскочив из лифта, Риган вдруг поняла, что совершенно не знает, куда бежать дальше. Коридор слева вел к учебным помещениям, где проходили рабочие встречи представителей колготочного бизнеса. С другой стороны, направо от лифтов, насколько она помнила, находились кабинеты, где организовывались семинары для предпринимателей в сфере ритуальных услуг.

По идее, Ричи должны фотографировать в той части помещений, где только что завершил работу колготочный форум. Не обращая внимания на удивленно взирающих на нее людей, Риган бросилась по коридору налево.

Ее приветствовал ровный гул нескольких пылесосов. Уборщицы складывали снятые со стен рекламные плакаты и запихивали их в мусорные корзины. При этом двери во все помещения здесь были открыты настежь.

Риган подбежала к женщине с большим блокнотом, которая явно руководила уборкой, и спросила:

— Какая-нибудь из комнат в этой части занята или все свободны?

— Все они свободны. Мы убираем во всех помещениях.

— Вы случайно не видели здесь двух мужчин? Один из них в голубом пиджаке, ему лет семьдесят. Второй — высокий, худой и у него сильно повреждена рука.

— Нет, не видела здесь таких, — ответила женщина и, давая понять, что страшно занята, уставилась в свой блокнот.