Читаем Узел полностью

— Нет… ну, за исключением того случая, когда она порезалась осколком стакана. Он впился ей в руку, когда она мыла посуду. Мы пользовались унаследованной от нашей мамы тонкой работы китайской посудой, и Долли всегда настаивала на том, чтобы именно ей мыть эту посуду. Все потому, что однажды кто-то из гостей вызвался помочь и разбил какой-то ценный стакан. В результате набор из восьми стаканов оказался неполным. Как-то Долли мыла тарелки, и опять разбился один из стаканов, осколок которого попал ей в руку. Достать удалось только кусочек застрявшего в руке стекла. Она этого сразу не заметила, а через какое-то время пришлось уже делать целую операцию, чтобы извлечь все стекло. Операция была столь серьезна, что мне пришлось даже прилететь сюда из Далласа, чтобы ухаживать за сестрой. Боже мой, как все это было неприятно…

— Гм, — произнесла Риган, потом попыталась опять перевести разговор на случай на пляже. — А полиции удалось найти орудие нападения? Ну, то, чем Долли нанесли удар по голове? — спросила Риган.

— Скорее всего, она просто упала и ударилась головой о камень. Потом никто так и не смог выяснить, от этого ли у нее потекла кровь или же сначала ее ударили камнем, а потом бросили на землю. Странно то, что камень этот был довольно большой. Таких на пляже обычно не увидишь. И все же трудно себе представить, что ее убили всего лишь за какие-то безделушки, которые с нее сняли, да за мелочь в кошельке. Но если не за это, тогда за что же, за что? — спросила Люсил, обращаясь скорее к небесам. — Может быть, это сделал какой-нибудь маньяк или наркоман?

«Или же, — подумала Риган, — тот, кто хотел, чтобы все происшедшее выглядело обыкновенным ограблением, в то время как истинная причина была совершенно иная».

— А никто никогда не высказывал предположения, что у нее просто мог случиться сердечный приступ, она упала и умерла, а уж потом кто-то подошел и стащил ее драгоценности, украшения? Такое часто случается с жертвами дорожных происшествий.

— Нет, такого предположения никто не высказывал. Я бы и сама хотела думать, что все именно так и случилось, что она умерла своей смертью. Но я сердцем чувствую, что все произошло не так.

«И я с этим совершенно согласна», — подумала Риган.

— Вам, безусловно, все это трудно пережить.

— Она для меня была всем. Кроме Долли, у меня на свете никого не осталось. С момента ее смерти я здесь еще ни разу не бывала, потому что без нее тут бывать было слишком больно. Все здесь напоминает мне о ней. Именно поэтому я надеюсь, что Ричи удастся продать свое изобретение в эти выходные. Мне так хочется, чтобы обитатели этого дома купили его себе. Но если они не смогут этого сделать, я буду просто вынуждена продать его кому-то еще. У меня нет средств на то, чтобы поддерживать его в должном состоянии, мне просто хочется покончить со всем этим. Мне хочется вернуться в Даллас, к своим друзьям, которые живут именно там. — Люсил покраснела. — У меня к тому же есть там один друг. Этот джентльмен ждет меня. Его зовут Артур Зипп. Мы с ним встретились во время автобусной туристической поездки в Аламо шесть месяцев назад и с тех пор практически не расстаемся.

— О, как это мило! — мягко сказала Риган.

Люсил улыбнулась.

— Да, и если я не потороплюсь со своим возвращением, то я знаю, что некоторые другие девочки из нашего церковного хора могут начать обхаживать его. Ты меня понимаешь, Риган?

— Я вас понимаю. — Риган рассмеялась. Ей припомнились бесчисленные случаи, когда на вечеринках она только успевала познакомиться с каким-нибудь мужчиной и уже намеревалась попросить его принести ей что-то выпить, как тут же около них появлялась его жена или подружка, похожая на домовладелицу, вооруженную ружьем или еще чем-нибудь. Эти женщины готовы были на все ради того, чтобы оградить свою территорию от чужаков, при этом даже не подозревая, что никто и не собирался покушаться на их собственность. «Интересно, что произошло бы на какой-нибудь из этих вечеринок, если бы я действительно попробовала отбить у кого-то мужа или приятеля», — подумала Риган.

— Да, когда умерла моя Бёрди, мне надарили сразу кучу всяких домашних пирогов, и со всех сторон самые разные женщины вдруг стали оказывать знаки внимания, «обхаживать», как вы говорите, — заметил Ричи. — Единственной проблемой во всем этом оказалось то, что у меня в то время не было абсолютно никакого аппетита. Риган, мне уже пора ехать в мое агентство. Ты не передумала ехать со мной?

— Нет, не передумала, Ричи, но у меня есть еще один вопрос к Люсил. А были ли в газетах какие-то статьи по поводу смерти вашей сестры?

— Да, конечно. Я все вырезала. Они лежат у меня в ящике стола, включая и ту, что была посвящена…

— Можно мне их взять почитать?

— Конечно. Я была бы только счастлива, если бы выяснилось, кто же мог сделать такое с Долли. — Люсил подошла к старомодному комоду, достала из одного из ящиков конверт с газетными вырезками и передала его Риган. — Как говорится в Писании: «Пусть станет известна истина, и она освободит нас».

— Я вам обязательно верну все это в самое ближайшее время.