Читаем Узел полностью

В июне 1914 года уже само МВД обратилось в Министерство юстиции с ходатайством. Оно просило прекратить дело Мойсеенко «во внимание к его тяжелому нравственному и материальному положению, а равно ввиду засвидетельствованной бывшим его начальником прошлой полезной и самоотверженной службы».

Но судебная власть не простила человека, прежде отказывавшего ей во внимании. Минюст ответил, что затрудняется повергнуть возбужденное ходатайство на монаршее воззрение из-за многочисленности служебных преступлений, вменяемых в вину Мойсеенко. Дополнительно прокурор Московской судебной палаты сообщил, что «не разделяет мнения о прошлой выдающейся служебной деятельности обвиняемого. Возникшие против него дела не дают возможности признать за Мойсеенко такие служебные качества, которые представили бы ему право на особое к нему внимание и снисхождение»…

23 апреля 1915 года супруга Дмитрия Петровича Надежда Ивановна Павлинская-Мойсеенко вновь обратилась в МВД. Она буквально умоляла власти помочь погибающему от голода семейству. Министр снова выделил разовое пособие в триста рублей. На этом следы бывшего начальника МСП теряются в истории.

Еще хуже сложилась жизнь Николая Карловича фон Мекка. Он не покинул Москву с воцарением большевиков, хотя имел такую возможность. Порядочный, опытный, он пытался служить новой власти, хотел восстановить свои любимые железные дороги. Фон Мекк был консультантом НКПС и представлял комиссариат в Госплане, он издал несколько книг об экономике железнодорожного дела. Чекисты неоднократно арестовывали его, но потом отпускали. Однако последний арест в 1928 году закончился трагически. Николая Карловича обвинили в создании вредительской группы в НКПС и в мае 1929 расстреляли.