Читаем Увидев свет полностью

Клара окликнула его с противоположной стороны улицы. Она стояла у относительно большого здания, в шесть… нет, в семь… или все-таки в шесть?… этажей, которое возвышалось над всеми остальными, как небоскреб над домиками пригородных поселков, и уходило в длину так далеко, что только хватало глаз. Стены Банка не струились словами и строчками, как это делали остальные постройки, оно было монолитным, как все здания на Той Стороне. Это его больше всего выделяло помимо высоты. Строгий серый гранит, колоннада, каменные горгульи на крыше… И гигантские узорчатые серебряные часы над огромными распахнутыми дверями. Странный готический циферблат имел двенадцать делений, однако они не определяли время. Часы имели всего одну стрелку в виде сплетенной ветви плюща, показывающую месяц года. Даже сам год не был обозначен.

Ну, и, конечно же, количество народа тоже неслабо выделяло Банк на фоне других зданий. Сооружение будто бы выплевывало из себя десяток-другой посетителей и в то же время заглатывало столько же, если не больше. Колоссальный поток движущейся массы словно не мог остановиться. А шум и гам, который шел от него, был просто невообразим. Хотя это можно было понять: всем хотелось обсудить то, что они увидели, то, что они поняли внутри Банка. Сид помнил, сколько всего хранит это место.

Клара помахала рукой перед глазами своего парня, и Сид будто очнулся. То самое чувство все же доставало его все сильнее, а когда они приблизились к Банку, оно только усилилось. Юноша помотал головой, встряхнулся и пошел с подругой по направлению к дверям, проталкиваясь сквозь толпу, которая образовалась у входа. Их давили, наступали на ноги, толкались, но парочка все никак не могла протиснуться внутрь. Почти оглохнув от гама, Сид в конце концов схватил за руку Клару и рванул со всей силы ко входу вместе со следующей кучкой посетителей Банка.

***

– Здравствуйте, здравствуйте! – гулко раздался над головами сладкий женский голос. Только что вошедшие вздрогнули с непривычки. Те же, кто пробыл в Банке больше пяти минут, уже привычно не обращали внимания на это объявление и спешили в нужную им сторону. – Отдел Идей находится справа от входа. Слева вы можете увидеть зону отдыха. Просьба аккуратно и с пониманием обращаться с Идеями других владельцев. Приятного времяпрепровождения.

– Прямо жутко бесит меня она, – хмыкнула Клара. – Постоянно взбешивает ее слащавый голосок. Да и что, ничего более информативного не может она рассказать?

– Многих это успокаивает,– возразил Сид, вздохнув от наслаждения. Голос дикторши почему-то заставил его думать, что это самый важный голос в его жизни. Мягкий, сладкий и нежно-сливочный, он напомнил ему об утренних бутербродах с чаем, ласковых поглаживаниях по голове в постели… Сиду даже показалось, что он почувствовал запах, свойственный свежевыглаженной рубашке, но тут же его потерял, вспомнив, что подобных воспоминаний у него не было и быть не могло. По крайней мере пока что.

– Ну а вот мне не нравится! – неожиданно резко заявила Клара и устремилась направо. Сид успел заметить, что его подруга буквально на мгновение улыбнулась.

Они, держась за руки, двигались с потоком по главному проходу Банка, пока не вышли на небольшую площадку, где народу было не так много, и огляделись. Все главные помещения Банка были уставлены стеллажами. Сотни тысяч стеллажей в несколько рядов, уходящих на второй этаж и дальше, с миллиардами, если не с сотнями миллиардов конвертов. Каждый из них не был ни подписан, ни обозначен чем-либо еще. Какие-то были больше и толще, какие-то были будто бы пустыми. Но все они содержали одно и то же: человеческие идеи.

Помещение Банка было гигантским. Клара когда-то уверяла Сида, что была знакома с тем, кто дошел до конца. Однако даже он, по ее словам, не смог до конца понять, как устроено это здание. В общих чертах было понятно только одно: он постоянно расширялся и сжимался, наращивая и тут же удаляя этажи и коридоры со стеллажами и конвертами. Знакомый Клары упоминал, что к этой постоянно изменяющейся границе Банка конверты становятся просто невообразимо большими, и стеллажи чуть ли не ломаются под их тяжестью. Заглядывать в них рассказчик, конечно же, не собирался. Да и никто из посетителей Банка никогда сразу не решался брать в руки конверты, даже если он нашел свой, это Сид знал наверняка. Ведь найти и прочитать собственный конверт было, вероятно, одним из самых важных шагов в жизни всех, кто хоть раз бывал в Банке. Каждый конверт мог содержать все что угодно: от принципа готовки какого-либо блюда до плана захвата мира, от одного лишь слова или даже буквы до целых романов. Но жильцам Этой Стороны были интересны только свои конверты: те, которые вели к одному и тому же результату…

***

– …рождение? Си-и-ид?

– А? – рассеянно повернул головой юноша в сторону голоса. Его тут же внезапно настигло чувство дежавю. Клара уже пару минут теребила его рубашку за рукав, а он только заметил. – Да-да, все так. Они нужны именно для этого.