Читаем Увидеть лицо полностью

— Ну, так не всем везет! — ехидно отозвалась Марина, но движения ее пальцев, перебиравших золотистые пряди, стали тревожными. — И, кстати, уж я, в отличие от Жоры, ухаживаю за собой очень тщательно. И не курю, как паровоз! Я вообще не курю — это очень вредно для…

— Что ты видела тогда в ванной?

Вздрогнув, она посмотрела на Виталия и уронила руки на колени.

— Что ты видела в ванной позавчера? — терпеливо повторил Виталий и обернулся. — Ты еще спросила меня, не был ли я сейчас в соседней комнате. У тебя был в усмерть перепуганный вид.

— Ничего!

— Не ври!

— Ничего!

— Ты врешь!

— Отстань от меня!

Виталий пересек комнату, уселся перед Мариной на корточки и, сцепив руки между коленями, уставился на нее тяжелым взглядом.

— Я жду, Мариш. Мы же договорились — рассказывать все.

— И что ты сделаешь — изобьешь меня?! — язвительно спросила Рощина. Виталий недобро улыбнулся.

— Не знаю. Я — нервный тип, а когда я нервничаю, моя изобретательность не знает границ. В том числе и моральных. Но спроси себя, Мариш — кто-нибудь из присутствующих станет меня останавливать?

Марина побледнела, потом зашарила глазами по лицам остальных, но все отворачивались от ее взгляда — только Олег смотрел прямо и насмешливо, ясно давая понять, что не только не будет останавливать, но и с удовольствием поможет.

— Это уже слишком! — подала голос Алина, повернувшись к Виталию. — Так тоже нельзя. Здесь же не концлагерь!

— Здесь камера смертников! — огрызнулся Виталий. — А все смертники должны быть заодно! Или не быть вообще!

— Да вы с ума сошли! — возопила Марина. — То, что я видела, вообще не имеет никакого отношения…

— Что ты видела?!

— Привидение, — одними губами произнесла Марина. Виталий нахмурился.

— Поконкретней пожалуйста.

— Я видела женщину. В зеркале. Одно мгновение. Вернее, ее глаза. Отвратительные воспаленные больные глаза. Но они почти разу исчезли. Омерзительно! — Марину передернуло. Алина постучала указательным пальцем по своим губам.

— Они не показались тебе знакомыми?

Марина промолчала, презрительно скривив губы, но в ее глазах притаился отчетливый страх.

— А может быть, это были твои глаза?

— Что ты несешь?!

Теперь в ее зрачках был не страх, а самый настоящий ужас. Алина удовлетворенно кивнула и отвернулась от нее.

— Олег. Мастер на все руки, — она взглянула на Кривцова, и тот поднял в воздух раскрытые ладони.

— Так точно. На обе. Но я очень долго этому учился — уверяю тебя, и все это прекрасно помню. От самого первого винтика…

— А чего ты не помнишь?

Олег недоуменно пожал плечами, потом нахмурился.

— Я понял твою мысль. Но… единственное, что я умею и люблю, это возиться с тачками. Как это ни прискорбно, не суперкрасавец, но девчонкам нравлюсь… во всяком случае, так они утверждают. Боевыми искусствами не владею, не пляшу, не пою, не творю, не левитирую. Я обычный, Аля, и жизнь у меня обычная. Свое дело, хорошая квартира, друзья… Я вполне доволен своей жизнью… да, можно сказать, что я счастлив.

— Ты владелец автомастерской?

— Ну да.

— И каково это — быть владельцем автомастерской?

— Да нормально. К тому же, я все равно вместе с парнями в гараже работаю на равных… конечно, не до изнеможения — захотел — поработал, захотел — пошел пиво пить с ребятами.

— А как ты стал владельцем автомастерской?

— Ну, как… — Олег вдруг мучительно задумался, потом лицо его стало растерянным. Марина обхватила себя руками и задрожала.

— Твою мать! — громко сказал Петр и пнул ножку бильярдного стола.

— Ты проснулся в автобусе владельцем мастерской? Просто проснулся с твердой уверенностью в том, что у тебя есть мастерская, да? Главное, что она есть, — неважно откуда она взялась. Ты хотел, чтобы она у тебя была, но никогда не задумывался, какими способами ее заполучить?

Олег тускло посмотрел на нее, потом опустился на стул и обхватил голову руками, и отчего-то сразу стало казаться, что в комнате слегка потемнело.

— Что происходит? — полуистерично-полуиспуганно спросила Кристина, упираясь в сиденье дивана сжатыми кулаками. — Вы что, хотите сказать, что я на самом деле не певица?! Хотите сказать, я на самом деле никто?! Хотите сказать, что я…

Она прикусила губу, вспомнив отразившееся в зеркале пустое кресло. Виталий встал и сунул руки в карманы.

— Что касается меня, то иногда мне вспоминаются какие-то странные вещи, но это так обрывочно, что я ничего не могу понять. Я слышу крики, взрывы, стрельбу… Иногда мне кажется, что я кого-то убил — давно — и это было правильно… — он покачал головой, потом вытащил из кармана правую руку и посмотрел на нее. — Иногда мне кажется, что моя рука… что с ней что-то не так, что-то неправильно, но я не могу понять, что… Все время тянет проверять ее и убедиться, что с ней все в порядке. И еще… — Виталий скрипнул зубами, — иногда мне кажется, что что-то не так с Дашкой… с моей сестрой.

— И с моим братом, — вдруг сказал Жора, и все удивленно посмотрели на него.

— Ты же сказал, он погиб, — Олег поднял голову, потом зло потер щеки ладонями, оставив на коже красные пятна. Вершинин кивнул.