Читаем Увидеть лицо полностью

— Завяли. Они были свежими, когда я увидела их в первый раз, хотя пролежали там почти весь день. А потом начали вянуть… Что ж, они хотя бы пытаются соблюдать законы природы.

— Какие законы? — Жора украдкой посмотрел на Ольгу. Ему очень хотелось, чтобы кто-нибудь подошел и закрыл ее одеялом, чтобы не было видно ни обнажившейся полоски живота, ни окровавленных губ. Сам он сделать это не решался. — Аля, что ты несешь?! Нас убивают — какая, черт подери, теперь разница, где да почему?!

— Да она просто спятила! — Алексей, очень внимательно и слегка растерянно смотревший на ручку ножа, потрогал засохшую корку на переносице. — Я давно это…

— У тебя один диагноз! — перебил его Олег, засунув руки в карманы и перекатываясь с пятки на носок и обратно. — Между прочим, теперь, когда очевидно, что пацан тут ни при чем и что его, скорее всего, тоже… ты на главном подозрении!

— Он тоже, — указательный палец Евсигнеева распрямился в сторону Виталия. Но тот не заметил этого жеста — он даже не услышал разговора, он смотрел на склоненную голову Алины, на медный локон, свесившийся ей на глаза.

— Но ведь это не все, не так ли?

Алина резко вскинула голову.

— Что значит, не все?!

— Минутку! — Марина качнулась вперед, но тут же снова прижалась к стене, будто та давала ей силы, как земля — титану Антею. — Ты ведь единственная, кто ничего не рассказал! Что ты сделала?!

— Действительно, — поддержал ее Олег, хотя по выражению его лица было ясно, что находиться с Мариной по одну сторону ему было вовсе не по душе. Потом он осторожно подошел к дивану и остановился на расстоянии полутора метров от него, внимательно разглядывая рукоять ножа. — Кстати, этой дряни на оружейной стене не было. Уж это я точно знаю.

— Так что? — Виталий сделал еще один шаг и остановился возле лампычаши на длинной тонкой серебристой ножке. — В этом ящике с цветами было что-то еще? Не так ли? Ты принесла это тоже? Или сегодня там этой вещи уже не было?

Глаза Алины сузились, превратившись в две щелочки, в которых опасно поблескивал холодный изумрудный огонь.

— Ты рылся в моих вещах?!

— Значит, ты признаешь, что…

— Ты рылся в моих вещах!

— Это вышло случайно, но сейчас…

— Как ты посмел лазить по моим ящикам?!

— Да не важно, как!!! — заорал Виталий, и стоявший неподалеку Петр отскочил за телевизор. — Важно то, что это твой нож торчит у нее из горла, и я хочу знать, когда он пропал и пропадал ли вообще?!!

Алина застыла. Сейчас на ее лице жили только глаза, затравленные, злые, в которых билось что-то агонизирующее, тонущее — то ли остатки самообладания, то ли останки разума.

— Что?! — изумленно переспросил Жора и двинулся вперед. — Аля, это правда?

— Это она! — Марина вытянула вперед руку с растопыренными пальцами. — Я знала, что это она! Видно же, что она сумасшедшая!

— Не может быть! — неуверенно произнес Олег, переводя взгляд с ножа на окаменевшее лицо Алины и обратно. — Она же нам все объясняла, она же нам во многом помогла! Ее же саму чуть не убили!

Марина жестко, не по-женски хохотнула.

— Не убили?! Спектакль! Что стоит самой сигануть из окна в нужный момент?!

— Если бы я ее не поймал, она бы насадилась на прутья, как бабочка на иглу, — ровным голосом сказал Виталий. — Хорош спектакль! Откуда ей было знать, что я там буду?! Откуда ей было знать, что я ее поймаю?! Такое обеление своей персоны в глазах остальных равноценно самоубийству!

— Подожди, — на лице Марины появилось огорченное недоумение, — но ведь ты только что…

Виталий отмахнулся от нее, как от надоедливой мухи.

— Ты ответишь на мой вопрос?

Алина молча, холодно смотрела на него.

— Аля, пойми, ты себе только хуже делаешь!

Смешок.

— Это твой нож?

— Нет.

— Но это твоя вещь?

— Допустим.

— Когда она пропала?

— Сегодня днем.

— Да врет она все! — Алексей ударил кулаком по стенке шкафчика с видеокассетами. — Сама принесла его сюда, сама и зарезала эту!..

— Антилогика, — с улыбкой напомнила Марина. — Забыли? Что с того, что она вам помогала?! Ты такой наивный, Олег. Лучше признайся, что веришь ей только потому, что тебе приглянулась ее мордашка!

— Да уж поболе, чем твоя! — вспылил Кривцов. — Да она еще черт знает когда про деревья нам сказала… Она… Нет, я не верю! Кто угодно мог свистнуть у нее этот нож! И она ничего нам не рассказала про него просто потому, что не успела! Ты ж тогда заорала, когда на тебя паук прыгнул, потом и вовсе бардак был!

— Тогда пусть расскажет сейчас, — аметистовый и изумрудный взгляды сшиблись друг с другом, точно тяжелые клинки, и казалось удивительным, что в воздухе не брызнули искры. — Кого ты зарезала этим ножичком?!

— Заткнись! — Жора зло посмотрел на нее. — Хватит! Аля, может, и в самом деле все расскажешь по быстрому, чтобы между нами уже никаких непоняток не было? А?

— Я ничего не буду рассказывать! — отрезала Алина. Жора огорченно покачал головой.

— Аля, тебе придется. Уж не знаю, что ты там натворила в своем прошлом… нож и цветы… хм-м… но мы-то все вывалили, и, как видишь, ангелов здесь нет. Ольга так вообще… хотя о покойниках плохо нельзя…

— Я ничего не буду рассказывать!