Читаем Утро, день, ночь полностью

У Кендолл учащенно забилось сердце. Во рту пересохло, она едва не потеряла голос.

– Это был… маленький олень.

Ред коротко кивнул:

– Должно быть, совсем маленький.

Кендолл чувствовала на себе его взгляд, когда выезжала из гаража.

Когда Кендолл появилась на работе, ее секретарша Надин, взглянув на нее, воскликнула:

– Что с вами случилось?

Кендолл обмерла.

– Что… о чем ты?

– На вас лица нет. Сварить вам кофе?

– Не откажусь.

Кендолл подошла к зеркалу. Лицо бледное, глаза потухшие. «Они все поймут, лишь взглянув на меня», – подумала она. Надин внесла в кабинет чашку горячего кофе.

– Вот. Вам сразу станет лучше. – Она с любопытством посмотрела на Кендолл. – С вами все в порядке?

– Я… Вчера я чуть не попала в аварию.

– О? Никто не пострадал?

Перед мысленным взором Кендолл возникло лицо мертвой женщины.

– Нет. Я… я сбила оленя.

– А машина?

– Вмятина на крыле. Ее выправят.

– Я позвоню в вашу страховую компанию.

– Нет, Надин, пожалуйста, не надо.

В глазах Надин Кендолл заметила удивление.

Первое письмо пришло через два дня:

Подпись отсутствовала. Все буквы «е» в письме западали. В конверте лежала также газетная вырезка со статьей об инциденте.

Кендолл прочитала письмо дважды. Марк был прав, подумала она. Следовало сразу обратиться в полицию. Теперь же она скрывается от закона. Если ее найдут, ей грозят тюрьма, бесчестие, конец карьеры.

Во время перерыва на ленч она забежала в банк.

– Я хочу перевести пятьдесят тысяч долларов в Швейцарию…

Вечером, придя домой, Кендолл показала письмо Марку. Тот остолбенел.

– Господи! Кто мог послать это письмо?

– Никто… никто не знает. – Она вся дрожала.

– Кендолл, кто-то знает!

Она заломила руки.

– Рядом никого не было, Марк! Я…

– Подожди. Давай подумаем. Ты вернулась в город. Что дальше?

– Ничего. Я… я поставила машину в гараж и… – Она замолчала. Ей вспомнились слова Сэма: «У вас тут вмятина, миссис Рено. Похоже, на ней кровь».

Марк заметил, как изменилось ее лицо.

– Что ты вспомнила?

– Меня встретили владелец гаража и его механик. Они видели кровь на крыле. Я сказала им, что сбила оленя, а они ответили, что при столкновении с оленем машина получает более серьезные повреждения. – На этом воспоминания не кончились. – Марк…

– Да?

– Надин, моя секретарша. Я сказала ей то же самое. Но и она мне не поверила. Значит, кто-то из них троих.

– Нет, – покачал головой Марк.

Она уставилась на него.

– Почему нет?

– Присядь, Кендолл, и выслушай меня. Если кто-то из них заподозрил тебя, он мог рассказать эту историю десяткам людей. Об инциденте сообщили все газеты. Кто-то сложил два и два. Я думаю, письмо послали наобум, чтобы проверить, клюнешь ли ты. Ты допустила серьезную ошибку, выслав деньги.

– Но почему?

– Потому что теперь они знают, что виновата ты. Неужели ты этого не понимаешь? Ты предоставила им доказательство своей вины.

Марк Рено на мгновение задумался.

– Есть идея. Возможно, мы сумеем выяснить, кто эти мерзавцы.

На следующее утро, в десять часов, Кендолл и Марк сидели в кабинете Расселла Джиббонса, вице-президента Первого манхэттенского сберегательного банка.

– Чем я могу вам помочь? – любезно осведомился мистер Джиббонс.

– Мы хотели бы проверить номерной счет в одном из банков Цюриха.

– Да?

– Мы хотим знать, кто открыл этот счет.

Джиббонс потер подбородок.

– Ваш вопрос связан с каким-либо преступлением?

– Нет, – быстро ответил Марк. – А почему вы спрашиваете?

– Видите ли, если речь не идет о преступной деятельности, к примеру, об отмывании денег или о нарушении законов Соединенных Штатов или Швейцарии, банки Швейцарии никому не сообщают фамилии владельцев номерных счетов. Их репутация зиждется на конфиденциальности отношений банка с клиентом.

– Но есть же какой-нибудь способ…

– Извините, к сожалению, нет.

Кендолл и Марк переглянулись. Во взгляде Кендолл сквозило отчаяние.

Марк поднялся.

– Позвольте поблагодарить вас за то, что уделили нам несколько минут.

– Жаль, что ничем не смог вам помочь. – Он проводил их до дверей.

Приехав в тот вечер в гараж, Кендолл не увидела ни Сэма, ни Реда. Она поставила машину на место, а проходя мимо маленького закутка, служившего кабинетом, заметила пишущую машинку. Остановилась, не отрывая от нее глаз, гадая, не западает ли в ней буква «е». «Надо это проверить», – подумала она.