Читаем Утро Аугусто Пиночета полностью

Более объективные издания старались глубже проанализировать политические изменения, происходящие в стране. Французская газета "Монд" констатировала, что невозможно с точностью предсказать результаты плебисцита. Сам Пиночет практически уверен в победе. Однако ситуация выглядит крайне неопределенной. Если коммунисты, социалисты, демохристиане в частных беседах признают, что Пиночет может выиграть плебисцит, то лица, близкие к правительству, не осмеливаются с уверенностью предсказать его победу. По мнению лондонской "Файнэншл тайме", самое существенное заключается в том, что Чили не преодолела важное препятствие, с которым сталкиваются все авторитарные режимы, - как организовать преемственность и стабильную передачу власти? И вполне возможно, что предстоящий плебисцит заставит генерала Пиночета споткнуться именно на этом последнем препятствии.

Вновь в связи с предстоящими политическими событиями в Чили возобновился давний спор о соотношении экономического развития и политической свободы. Полтора десятилетия военный режим "железной рукой" генерала Пиночета душил свободную политическую жизнь, под предлогом борьбы с нарушителями порядка и спокойствия подавлял права человека. Но в то же время генерал Пиночет осуществлял "тихую революцию". Именно так назвал свою книгу известный чилийский журналист, главный редактор проправительственной газеты "Меркурио" X. Лавин. За годы диктатуры Пиночета свободная рыночная экономика вывела Чили из трясины слаборазвитости. Изменились образ жизни, манера мышления, условия труда. Чили превратилась в страну новых менеджеров американского типа инициативных, изобретательных, стремящихся на равных конкурировать на мировом рынке с ведущими странами.

Правда, по-прежнему в бедности и даже нищете проживало, по некоторым данным, до половины населения. Тот же Рикардо Лагос любил говорить: "Страна стала богаче, народ - беднее". Хотя даже оппозиция признавала, что уровень жизни в бедных кварталах крупных чилийских городов не идет ни в какое сравнение с ужасавшей нищетой городских трущоб перуанской столицы Лимы или Рио-де-Жанейро в Бразилии.

30 августа 1988 года военная хунта назвала Аугусто Пиночета кандидатом на пост президента страны. Началась предвыборная кампания. Выступая на митингах и собраниях, Пиночет, облаченный на этот раз не в привычный генеральский мундир, а в элегантный штатский костюм, объяснял чилийцам, что только он способен спасти страну от хаоса и гражданской войны. "Править этой страной - удел, уготованный мне свыше!" - любил повторять генерал.

16 оппозиционных партии призвали чилийцев сказать генералу Пиночету "нет". Но у Пиночета, похоже, не было сомнений в своем успехе. "Что такое оппозиция? - вопрошал он. - Каких-нибудь восемь кварталов в Сантьяго". Социологические опросы свидетельствовали, что "молчаливое большинство" испытывает чувство унижения и страха, что молодые не верят ни правительству, ни оппозиционным партиям. И даже те, кто в душе рассчитывал на поражение диктатора, не верили в его добровольный отказ от власти: "Да, он надеется победить, но как только осознает возможность своего поражения, он непременно изменит тактику".

Голосование началось утром 5 октября. На избирательные участки были допущены представители оппозиции, которая опасалась фальсификации со стороны военных. По итогам плебисцита генерал Пиночет получил более 43 % голосов. Это впечатляло. Однако "нет" сказали еще больше - около 55 %. Это был серьезный удар по престижу режима и самолюбию генерала Пиночета. В ночь с 5 на 6 октября четверка генералов провела в Ла Монеда двухчасовое совещание, обсуждая случившееся. Однако назад пути не было. Возможно, и сам Аугусто Пиночет начал сознавать, что дальнейшая модернизация страны требует более широкой социальной поддержки, а это неизбежно заставляет переходить к демократии. Выступая по радио и телевидению, Пиночет оценил итоги голосования как "ошибку чилийцев", однако заявил, что признает вердикт избирателей и будет уважать результаты голосования.

В декабре 1988 рода на родину вернулась Ортенсия Бусси - вдова Сальвадора Альенде, которую в аэропорту встречали несколько тысяч чилийцев с портретами ее покойного мужа. Однако рядом с ней не было старшей дочери Беатрис, которая в изгнании покончила с собой. Не было и сестры Альенде - Лауры, бывшего депутата парламента от социалистической партии, которая также покончила жизнь самоубийством. Казалось, злой рок преследовал эту несчастную семью.