Читаем Утро Аугусто Пиночета полностью

В начальный период правления военный режим отличался откровенно репрессивным характером, за что подвергался резкой критике со стороны мирового сообщества, где застрельщиками и главными обвинителями были Советский Союз и Куба. Что ж, это действительно была диктатура "классического" типа. Однако налицо любопытный феномен! Ведь примерно в то же время в Аргентине (с 1976 года) или в Уругвае (с июня 1973 года) у власти также стояли военные режимы, а репрессии носили подчас даже более жестокий характер, чем в Чили. Однако весь "гнев мировой общественности" обрушился только на генерала Пиночета и его режим. Ведь даже в серьезных публикациях советских ученых, в академических справочниках вплоть до конца 80-х годов, т.е. когда у нас уже полным ходом шла "перестройка" и торжествовала "гласность", режим Пиночета по-прежнему именовали "фашистским", приводили надуманные цифры о десятках тысяч погибших и совершенно замалчивали экономические успехи Чили. В чем причина этого феномена? Почему именно генерал Аугусто Пиночет вызывал такую ненависть?

Помимо внешних обстоятельств, сказывалось, видимо, то, что репрессии в Чили обладали мощным психологическим эффектом, поскольку режим хунты грубо отбросил демократические ценности, порождая ощущение бессилия и поражения для сравнительно широких слоев населения. Весьма негативным психологическим фактором для хунты явилась и гибель президента Сальвадора Альенде, не пожелавшего покинуть страну или сдаться.

Военный режим сразу же объявил состояние "внутренней войны". Генерал Пиночет заявил:

"Из всех наших врагов главным и наиболее опасным является коммунистическая партия. Мы должны разрушить ее сейчас, пока она реорганизуется по всей стране. Если нам это не удастся, она рано или поздно уничтожит нас". Ведущую роль в репрессиях играла армия. Были учреждены военные трибуналы, заменившие гражданские суды. Создается несколько концентрационных лагерей для политзаключенных, в том числе в Писагуа и Чакабуко в пустыне Атакама на севере страны.

Значительную роль в первые месяцы репрессий играли военные разведслужбы: армейская разведка, военно-морская разведка, разведка военно-воздушных сил и разведка корпуса карабинеров. Позднее специальная рабочая группа Комиссии ООН по правам человека установила, что сотрудники этих органов активно применяли физические пытки и психологическое давление к политзаключенным: лишали их еды, сна, имитировали расстрелы и пр. Однако вскоре для вождей режима становится ясно, что органы военной разведки не справляются с поставленными перед ними задачами, тем более, что следить приходилось и за военнослужащими, которые не одобряли государственный переворот.

В начале 1974 года начинает создаваться единый национальный разведывательный орган. Вначале был образован Национальный исполнительный секретариат по делам заключенных, а летом того же года - Управление национальной разведки (ДИНА). В число ее задач входил сбор и анализ информации, необходимой для обеспечения национальной безопасности, но вместе с тем ДИНА получила право осуществлять репрессивные акции. Был издан указ, призывающий "патриотов" доносить на чилийцев "без бога и родины". Руководителем ДИНА стал полковник Мануэль Контрерас Сепульведа, заместителем Хорхе Эспиноса. К середине 70-х годов ДИНА насчитывала до пятнадцати тысяч сотрудников, многие из которых прошли подготовку в "Школе Америк" в Форт-Гулике. Имелись свидетельства, что главным консультантом при создании ДИНА выступал тогдашний резидент ЦРУ в Сантьяго Р. Уоррен.

В мировой печати со ссылками на различные источники появились данные, что только за первые недели после переворота было убито 20 тысяч человек, 30 тысяч подверглись жестоким пыткам, более 200 тысяч рабочих были уволены с работы. Ярый противник военного режима, глава чилийской компартии Луис Корвалан, которого Москва обменяла на диссидента Владимира Буковского (по этому поводу в народе ходила байка: "обменяли Корвалана на Володьку-хулигана"), в 1985 году свидетельствовал, что за годы военного режима репрессиям было подвергнуто 500 тысяч жертв чилийцев. В марте 1974 года в Хельсинки на 1-й сессии Международной комиссии по расследованию преступлений военной хунты в Чили в ее резолюции фигурировала жесткая формулировка: "Вся картина, которая вырисовывается из анализа этих фактов, напоминает дни прихода к власти германских фашистов".

Укрепившись внутри страны, ДИНА приступила к проведению операций за рубежом, подавая все это как борьбу с нараставшей угрозой режиму извне. Мишенью секретной службы генерала Пиночета становятся находившиеся в эмиграции противники военного правительства. По некоторым сведениям, был разработан специальный план под кодовым названием "Проект Андреа", предусматривавший убийство политических противников режима, находившихся в эмиграции. Первой жертвой стал генерал Карлос Пратс, проживавший в Аргентине. 30 сентября 1974 года вместе с женой он был взорван в собственном автомобиле прямо в центре Буэнос-Айреса.