Читаем Утопающий полностью

Бабушка уехала, не став их будить. Не попрощавшись. Лишь написала, что завтрак на кухне, и чтобы Ал убрался после ухода Юдзуру. Мальчик и до этого знал, что в воскресенье она отправиться на ярмарку в город, и ей не было смысла будить их только чтобы сообщить о том, что уходит. Но после вчерашнего Ал думал, что она все еще злиться на него. Но за что? За то, что он привел Юдзу? Разве не она сказала делать, что он хочет? Или из-за того, что поссорилась с папой, и сорвалась на Але? Несправедливо.

Ал лениво потягивал холодный чай с Юдзуру под боком. Они играли в морской бой, смотря на фоне новые серии «Евангелиона», хотя бабушка не любила, когда Ал его включал. Из окна дул приятный весенний потеплевший за пару недель ветерок, принося за собой покалывание в животе, смотрел на дерущихся с монстрами роботов, не вдаваясь в смысл, стоящий за ними. И Алу было хорошо. Он даже не расстроился, когда ближе к вечеру начало темнеть, и Юдзуру сказал, что ему пора домой, и ушел. Ал решил проводить его немного и вернуться как раз к приходу бабушки. Юдзуру свернул на перекрестке в конце улицы, и именно в этот момент в магазине через дорогу погас свет.

У продавца, одного из троих, закончилась смена. Если Ал подождет, если увидит, кто выйдет из магазина, если это окажется та девушка… Он стал ждать. Секунды превратились в минуты, но из здания так никто и не вышел. Мальчик спрятался под горкой, чтобы в полутьме его точно никто не смог разглядеть, и аккуратно выглянул из-за своего укрытия. В дверях магазина нарисовалась миниатюрная девушка короткими черными волосами. Забавно, ведь вчера вечером он видел силуэт с длинными волосами за окном. Или ему почудилось. Или это была не эта девушка, а призрак. Несмотря на стрижку, ее фигуру кожанке и прилегающих штанах нельзя было спутать с мужской. Однако рассмотреть, не была ли девушка европейкой, нельзя было.

Она огляделась по сторонам и достала что-то из кармана. Ал не разглядел предмет не только из-за его дальности, но и из-за того, что Мэги двинулась от магазина в его сторону. Медленно, совсем не так, как грохочущее в груди сердце, рука потянулась к карману джинсов. Ал вытащил телефон, но не осмелился включить его. Что ему делать? Набрать отца? Пожалуй, самым логичным было бы позвонить бабушке, так как Ал знал – она ближе всех к нему, но едя в вагоне электрички, недостаточно близко. Но в любом случае он никогда бы не впутал ее в это.

Резкий запах сигарет заставил снова дышать, медленно и глубоко, травясь запахом, который Ал ненавидел. Однако даже так мальчик понимал, что Мэги, усевшаяся на горку, под которой он сидел, курит не те же сигареты, что отец. Однако, это было не важно. Зачем она уселась на горку – вот вопрос. Увидела ли она Ала и просто захотела его напугать? Нет, такой бред только в фильмах бывает. Тогда не заметила и просто решила покурить во дворе напротив места работы? Не на лавке или качелях, а именно на горке. Хотя, был так же вариант, при котором не важно, заметила она Ала или нет – ей нет до него дела, ведь она обычный человек, не желавший зла ни ему, ни его семье.

Скрипнул металл и послышался тихий шлепок окурка о песок. Мэги встала, и звук ее шагов удалялся прочь от горки. Спина Ала напряглась так, что заболел позвоночник. И если бы Мэги обернулась хоть на секунду, она бы его заметила. Но она не обернулась, двинулась вперед на улицу. И Ал пошел за ней – домой.

Он не стал перебегать от участка к участку для скрытности, ведь мог в любую секунду просто открыть нужную калитку и скрыться за ней, не вызывая подозрений. Ему было важнее убедиться, что Мэги не направляется туда же, куда и он. Не направлялась. Девушка прошла дальше, мальчик повернул налево за скрипучую калитку. Он рванул на пустырь за участками, где росла трава по пояс, и побежал. Ветки царапали щеки, а спутавшиеся корни так и норовили зацепиться за кроссовки, но он так и не упал. Ал выскочил к заправке на перекрестке, где сегодня расстался с Юдзуру, и сел неподалеку от нее в кустах, стараясь не шевелиться и дышать тихо. И как будто само окружение ему помогало: шум ветра, разговоры вышедших покурить мужчин у мэрии через дорогу, незаглушенный мотор заправляющейся машины. Но они скрыли не только его, но и звук шагов Мэги. Она передвигалась плавно, но быстро, словно паук, ползущий по стене. Девушка прошла мимо заправки, смотря лишь вперед. Ал уже двинулся за ней, как в кармане ветровки что-то завибрировало. Мальчик вздрогнул, и листва вместе с ним.

– Ало? – хриплым голосом спросил он.

– Ты где хоть? Я вернулась, а тебя нет.

От сердца отлегло, Ал даже не посмотрел на номер, так что приятно удивился, услышав голос бабушки.

– Я провожаю Юдзу, – Ал постарался, чтобы его голос звучал как можно беззаботнее. – Можно я погуляю недолго? Меня потом папа Юдзу подбросит на машине.

Ал оглянулся. Страх того, что Мэги развернется и побежит прямо к нему с ножом в руке, не проходил. Возникло чувство дежавю.

– Саш, поздно уже, – с упреком произнесла бабушка. – Темень на улице. Давай домой. Хватит по гостям шастать.