Читаем Утомленная фея — 3 полностью

Колесные пары стучали знакомую песню. Неизвестно почему, но под этот стук Геннадия всегда тянуло на философские рассуждения, так сказать, о смысле бытия. Вот и сейчас, глядя на начинающуюся за вагонным окном осень, он опять задумался. Соседи по купе сошли на предыдущей станции, а новые пока не подсели. Его попутчица и соратница мирно устроилась на верхней полке купе и спала на боку сном праведника, компенсируя недосып за две последние ночи. Геннадий задержал взгляд на ее спокойном лице. — Что ни говори, а с этой девушкой что-то не так. Ну ладно, экстрасенсорные способности, как говорится, налицо. А ведь я всегда считал такие штуки выдумками журналистов и шарлатанов. Теперь, делать нечего, приходится поверить. Память бездонная, но это случается не так редко, случаев зафиксировано много. Информированность потрясающая, но вкупе с памятью и неуемным любопытством вполне может быть. Все равно не сходится! Еще имеют место быть странные навыки. Этого в книжках не прочитаешь, долгая практика нужна. Уровень подготовки явно противоречит скромной биографии. Откуда это у нее? По-хорошему, надо составить об этих противоречиях рапорт и направить его по инстанциям, чтобы ТАМ разобрались в этом феномене. Но делать этого я, разумеется, не буду. Зачем? На шпионку она совершенно не походит. Может досье у нее липовое, легенда для нас, олухов? А вот это может быть! Тогда, получается, начальство в курсе, а нас проинформировать не удосужились. Вот мы рот и разеваем от удивления. Эта гипотеза вполне объясняет уверенное поведение Симы в этой Ферганской эпопее, у нее, наверное, были серьезные полномочия, хоть она их и не афишировала. Прямо суперагент, блин, какой-то. Куда там Джеймсу Бонду. Где ее, интересно, готовили? Хм, тут есть серьезный плюс, под трибунал за превышение полномочий и прочие художества нас не отдадут. Как ей вообще удалось подбить меня на эти авантюры? Затмение разума, не иначе. Влюбился, как пацан.

Геннадий опять посмотрел на Симу. Та продолжала спокойно лежать на полке, но глаза уже были открыты и внимательно смотрели на его самого.

— Что, милый, грустные думы одолевают? Правильно, хорошенько подумать завсегда полезно. Тем более, когда голова работает. Ты верно решил, не стоит этот рапорт подавать, ни к чему это. И… спасибо, я тоже тебя люблю.

Геннадия аж в жар бросило. — Так ты что? Еще и мысли мои читаешь, телепатка хренова?

— Ага, испугался? Поделом, нечего было честных девушек соблазнять! Ладно, не паникуй, не читаю я твоих мыслей. А вот с привычкой шевелить губами, когда беседуешь, сам с собой, придется расстаться. Чревато!

— Хм, а я шевелю? Не замечал за собой такого.

— Ну, у тебя это не особо выражено, но для специалиста достаточно.

— А ты, разумеется, специалист? — с иронией спросил Геннадий. — И какие еще у тебя специальности имеются? Я смотрю, чем дальше, тем их больше открывается. Предел будет?

— Не-а, — весело сообщила Сима. — О безграничных возможностях человека слышать приходилось? Вот я и есть тот самый человек. Как в старом анекдоте про генерального секретаря.

— Суперменка, значит. Точнее, супервумен.

— Фу, нашел с кем сравнивать. С тупорылыми героями идиотских боевиков. Для меня это оскорбление, если подумать. Неужели похожа?

— Есть немного, — признался Геннадий. — Только ты… как бы это сказать… изощреннее, что ли. Больше напоминаешь продвинутую королеву-волшебницу из фэнтези, которая совершает путешествие инкогнито.

— Очень любопытно, а что тебе мешает принять такую гипотезу?

— Конфликт чувств и логики. Чувства говорят одно, а разум бунтует и требует логического объяснения. Слушай, а ты случайно не из этих… «чужаки», которые? О них много интересных баек ходит. Только мне всегда казалось, что они предпочитают играть только на самом высоком уровне. А встретить их вот так… в обычной жизни….

— Браво, вот ты меня и расколол! — Сима соскочила с верхней койки и удобно устроилась у Геннадия на коленях. — Способности к анализу у тебя есть, это я сразу поняла.

— Неужели ты признаешься?

— Так я тебе и сказала! Я же себе не враг. Женщине надлежит быть таинственной и малопостигаемой. Только тогда ее ценят и любят. А выложишь о себе всю подноготную… и все — развод и девичья фамилия. Так что, продолжай заниматься конспирологическими исследованиями в свое удовольствие.

Остаток пути до Челябинска прошел довольно спокойно. Сима сначала долго мучила свой компьютер, по турецки усевшись на койке, а потом долго болтала о разных пустяках с бабулькой, подсевшей на одной из станций. А сам Геннадий был занят обдумыванием отчета о командировке, который все равно придется писать по возвращении. Отчет, что характерно, получался совершенно несуразным. — Если напишу все, как было, то меня обязательно спишут по статье профнепригодности, ибо получится опус в стиле бессмертного Иеронима Карла Фридриха фон Мюнхаузена. А таких в Системе не держат. А если упущу некоторые особо сомнительные моменты, то могут возникнуть серьезные разночтения с тем, что напишет Сима. Тоже проблемы будут.