Читаем Утофант полностью

Очень трудно определить, когда, при каких обстоятельствах время можно считать потерянным или проведенным впустую. Во многих случаях (и, если я правильно понимаю, исключительно в этих случаях) время должно быть возвращено, только если оно было потеряно по чужой вине. Зачастую время человека теряется попусту вне зависимости от его воли. Именно здесь и может возникнуть слишком упрощенный взгляд на вещи. Если, например, человек, который, как когда-то я, был солдатом и должен был все время тренироваться — бегать, прыгать, ползать, стрелять — или, как лошадь, вкалывать над тем, что впоследствии не пригодилось (например, над созданием какого-либо специального уничтожающего устройства), то мы вправе будем сказать: время этого гр-на X. прошло впустую, никакой войны не случилось и данный субъект должен получить свое время обратно. Но точно так же можно было бы сказать: именно благодаря тому, что гражданин X. так много тренировался и построил так много уничтожающих устройств, война не разразилась, следовательно, он ни секунды назад не получит. Ну а если все же война началась, надо было бы, вероятно, поинтересоваться, проиграла ли войну страна гр-на X.? Если да, то время должно быть возвращено. Но оно, опять, может считаться и затраченным впустую, если гр-н X. угодил в плен. Он имел бы право потребовать: дескать, верните мне это время!.. Но как быть в случае, если ему как военнопленному пришлось много работать, то есть создавать некие чужие ценности, которые он недавно сам разрушал? Разве имеет он право и в этом случае требовать возвращения времени? И не перемешалось бы тогда в равной степени пустое время и наполненное смыслом? Хотя всякий раз можно было бы опять-таки задать вопрос: с чьей точки зрения? Если бы страна гр-на X. победила, он мог бы, наверное, совсем подругому распорядиться своим временем. Построить, например, биологически здоровое жилье. Или собрать коллекцию античных жестяных банок. Или же заняться самообразованием. Но из-за двойственного характера той эпохи он мог бы потребовать возврата всего лишь пятидесяти процентов зря потраченного времени. А как быть, если то, что построил гр-н X., будучи военнопленным, снова начисто разбито и превратилось в прах? С кого требовать возврата?

Да и моралисты к тому же могут сказать: для морального самосовершенствования гр-на X. плен был очень полезен, у человека появилось время углубиться в самого себя. А если он этого не сделал, то не имеет права ничего требовать обратно.

Ну а если бы гр-н X. погиб на войне? Он не смог бы тогда воспользоваться положенной ему средней продолжительностью жизни. Если б он погиб в двадцать лет, то, кроме времени, потраченного на армейскую муштру, у него оставалось бы еще лет восемьдесят пропавшей жизни, которые он пролежал в могиле. Но, поскольку он был мертв, он не смог бы, конечно, воспользоваться этим временем. А если бы право на это время предъявили его наследники? Его мать, к примеру, — она не смогла бы полноценно использовать эти восемьдесят лет, если учесть, что средняя продолжительность жизни условно составляет сто лет. А если у нее самой было немало лет пустого времени? Да к нему еще прибавились бы унаследованные от сына? В таких случаях один какой-нибудь человек стал бы обладателем огромнейшего количества времени. Даже в том случае, если бы он непрерывно занимался чем-то полезным для себя и для других и ни секунды не терял бы впустую, — все равно гора времени почти бы не уменьшалась. Но разве это не привело бы к социальной несправедливости?

Обрывки одного интервью

— Что нового привнесла в жизнь ваша система, фрау Белль?

— То, что впустую потраченное время возмещается теперь не деньгами, как было принято раньше (ну разве что в самых общих чертах). Если, например, кто-то вынужден был работать дольше, нежели предусматривал закон о рабочем времени, и не получал при этом платы за сверхурочные, он мог это время затем просто отгулять. Например, на следующий день выйти на работу часом позже.

— Почему вы считаете, что речь шла о пустой трате времени? Ведь в это время человек работал и даже что-то производил?

— Впустую, подразумеваю я, оно было потрачено в тех случаях, когда рабочий не получил деньги за отработанное время. Если работа его интересовала только с точки зрения получения за нее денег, тогда, разумеется, сверхурочное время шло для него впустую. Но даже если он работал охотно и с интересом выполнял задание, не рассчитывая на деньги, все равно для него было бы очень выгодно получить оплату натуральным временем. Он мог бы использовать это время для того, чтобы укрепить здоровье или повысить образование. Деньги в качестве эквивалента времени я считаю понятием устаревшим.

— Однако все еще довольно часто бывает, что человек, по чужой вине попавший в больницу или в штраф-изолятор (то есть он был ограничен или лишен свободы использования своего времени), требует возместить потерянное время именно деньгами.

— Да, это бывает. И все же в большинстве случаев заинтересованные лица предпочитают получить в качестве возмещения не деньги, а время.