Читаем Утятинский демон полностью

– Так, допустим, человек – существо недоброе… только допустим. Я в юности фантастикой увлекалась. Помню рассказ, где какие-то инопланетяне искали обитаемые планеты и замеряли, пролетая над ними, уровень горя и радости у населения. И те планеты, где был перевес страданий над радостями, подвергались аннигиляции. А где больше радости – оставляли. Над Землёй у них получилось абсолютное равенство. Задержавшись на орбите в ожидании, когда стрелка отклонится в ту или иную сторону, они поспорили на щелбан. Вскоре стрелка резко пошла в сторону радости. Проигравший смиренно подставил лоб, и инопланетяне полетели дальше. А радость, ставшая причиной спасения Земли, была оттого, что у соседа корова сдохла…

– Да, примерно так. Откуда у инопланетянина понятие о человеческой нравственности? И он ориентируется на силу чувств.

– Может, вообще не стоит инопланетянину лезть в земные дела?

– Так он бы и не лез. Просят.

– Поняла. Значит, ваш демон-инопланетянин – это граната в руках обезьяны-землянина! И та, и другая без мозгов… а почему эта граната на кладбище оказалась?

– А почему вы решили, что на кладбище?

– Как же, по Крипте босиком и без денег…

– Так вы сегодня стояли на Крипте босиком и без денег…

Татьяна Ивановна прыснула:

– Это вы специально у меня деньги из кармана вытрясли?

Коля тоже засмеялся:

– Ну, и кого заказывать будем?

– Я уже давно наметила жертву. Словосочетание «На самом деле», с которого сейчас начинают любую фразу. Может ваш демон её уничтожить?

– А кроме шуток, что бы вы попросили, если бы появилась возможность исполнения желания?

– Ничего, – настроение Татьяны Ивановны резко изменилось. И чего она раздухарилась?

– Вы ведь больны. Не хотели бы излечиться?

– Искушаете? А вот не хочу!

– Почему?

– Бесплатно ничего не бывает. Я сегодня одной бабе посулила свою болезнь передать. До сих пор стыдно. И человек-то мерзкий, но ведь не мне решать, кто из нас нужнее. Ничего не хочу!

– А если демону ничего от вас не нужно?

– Всё равно не хочу, – и, видя, что Коля не отвяжется, продолжила. – Я страстей своих боюсь. Терплю, терплю, а вдруг сорвусь. И получится как в сказочке. Помните, муж с женой спорили, какое желание загадать. Жена зудела, слова мужику не давала сказать. Ну, он ей и рявкнул: «Да провались ты!» Она и провалилась. В ад.

– А разве вы не читали в газете, что смерти происходят по определённым дням?

– Правда. То есть от заказа до выполнения есть время передумать? А как это происходит… я имею в виду отмену заказа.

– Легенда гласит: в первый вечер убывающей Луны он приходит на перекрёсток трёх дорог и ждёт, когда мимо него пройдёт тот, против которого он задумал зло, и просит его вернуться.

– И многие приходят?

– Вот уж не знаю. Так как насчёт попробовать?

– Даже в шутку не хочу. И какой толк демону меня искушать?

– А может, он энергией желаний подпитывается…

– Так нет у меня желаний!

– Будут.

– Ну, едва ли… у меня нет врагов, которых мне хотелось бы убить; у меня нет близких, ради которых я бы рвала душу; я примирилась с собственной смертью…

– Ой ли?

– Думайте, что хотите. Но, если вдруг возникнет какое-то страстное желание, пусть он пользуется моей энергией абсолютно бесплатно. И желание не выполняет.

– А давайте заключим соглашение. Как в «Фаусте». Если скажете какую-нибудь ключевую фразу, то желание будет выполнено, не дожидаясь нужной фазы Луны.

Татьяне Ивановне этот бессмысленный трёп надоел. Уже беспокоило её слишком долгое отсутствие хозяев. Надо было сообразить что-нибудь на ужин для всех. Умыться, в конце концов, она ведь даже руки не помыла, вернувшись с кладбища. Собрать с верёвки тёплые вещи, которые Таня повесила на просушку перед отъездом. Взглянула на забор. Не было халата, наверное, ветром сорвало. Надо взять фонарик и поискать, а то затопчут. Как-то надо было завершать этот пустой разговор, и она решила больше не спорить:

– Коля, вы точно Мефистофель. И вы меня убедили! Только предупреждаю на всякий случай: желание выполнять не надо. А то чего я там сгоряча нажелаю…

– А смысл?

– Вам же для подпитки энергия нужна? Вот, пользуйтесь. Но не будем множить скорбь на земле.

– А если это будет доброе желание?

– Но ведь вы сами говорили, что эта сущность добро и зло не различает?

– Так установите критерии.

– Это вопрос философский. А я всего лишь пожилая женщина со средним образованием.

– Да чего проще. Возьмите основные понятия и расставьте знаки. К примеру жизнь-смерть. Первое – плюс, второе – минус.

– Этак мы опять в дебри уйдём. Иная жизнь для окружающих большим минусом оборачивается…

– Расставьте приоритеты: один человек – группа лиц.

– Ага, банда, например.

– Экая вы… а если так: человек – человечество.

– Вот ради человечества обычно людей и уничтожают.

– Да, вас не переубедишь. Но есть же, в конце концов, какие-то абсолютные ценности. Ну, к примеру, как говорят в официальных сообщениях: женщины, дети, старики.

– Это просто обозначение слабых. Не уничтожать же мужиков ради спасения стариков?