- Ты воротишь нос и среди наших, - заметил ей брат, - не прикидывайся, что внешность имеет для тебя значение. Лучше скажи, удался ли разговор?

- Семена я посеяла. Но их нужно будет поливать, чтобы взошёл урожай.

- Мы этим обязательно займёмся, - кивнул Всеслав. И, ещё раз бросив взгляд на луну, пошёл спать.

Примечания:

В летописях, как участник битвы при Листвене, упоминается Якун Слепой, но историки отождествляют его с норвежским ярлом Хаконом

Касоги – предки адыгов-черкесов

Насельники – местные жители

Находники – пришлые, чужеземцы

Истоки названия Третьяк – моя выдумка, никаких исторических объяснений Третьяку я не нашла

Первое упоминание города относится к 1070-м гг., поэтому его основание, как это принято, приписывается этому времени, хотя археологические данные говорят о существовании оживлённого города с княжеским двором, торгом и ремесленными улицами уже в Х веке. Поэтому я пишу о Новгороде-Северском в 1054 году как о данности

Сирины – мифические птицы в древнеславянской живописи

Вообще в летописях есть информация, что такую одежду называли «срачница», но не всякая историческая достоверность полезна, поэтому не будем употреблять всю давнюю терминологию…

Глава двенадцатая. «Вестники»

В тихом скриптории шуршали страницы. Князь Всеволод, не мешая работе сидевшего неподалёку монаха-иллюстратора, читал «Александрию», увлечённо погружаясь в описания походов древнего Македонского царя. Он читал на греческом, но иногда переписывал некоторые страницы на славянский, чтобы в монастырской библиотеке оставить возможность кому-нибудь из братии, кто с эллинским языком не знаком, понять книгу.

По твёрдым полам комнат раздались шаги. Каждый шорох тут делался слышным издалека, такое безмолвие хранилось в каменных стенах. Всеволод поднял голову и увидел идущего к нему Никифора, своего верного стража и воеводу.

- Князь, - поклонился он, подойдя.

- Что случилось?

- Изяслав Ярославич просит прийти в терема. Из Царьграда прибыли люди, вы бы поприсутствовали на всякий случай…

Желая что-то возразить, Всеволод покосился на согнувшегося над рисунком монаха и, встав со стула и положив на спину Никифору ладонь, отвёл его подальше, чтобы не мешать.

- Брату очень нравилось в последние дни общество Всеслава – прости Господь за упоминание этого нечистого имени в обители твоей! – вот пусть тот ему и помогает.

- Стоит ли этот язычник разлада между сыновьями Ярослава? – с вышины своего возраста укорил мужчина молодого князя.

- Я не ссорюсь с Изом, просто не хочу быть там, где этот полоцкий… - озираясь на святые стены и подбирая подходящее выражения, Всеволод произнёс скромное: - Полоцкий родич.

- Когда я искал вас, то встретил княгиню Анастасию. Она тоже просила, чтобы вы пошли.

- И она? – задумался Ярославич. Прелестную супругу, своего нежного друга, он не любил расстраивать. Известия с её родины, а женщинам на таких приёмах, тем более без мужей, делать нечего. Подумав ещё немного, Всеволод сдался и пошёл за Никифором в каганскую приёмную залу.

Когда он появился, купцы из Византии как раз входили в палаты. Это не было официальным посольством, но, когда крупные торговые корабли плыли из одной страны в другую, им часто передавали вести и послания, чтобы они донесли их в чужой край. Поэтому государи нередко приглашали к себе этих вечных путешественников за прибылью – часто именно от них и их свиты можно было услышать правдивые и достоверные повествования о сложившихся ситуациях. Но иногда и их подкупали, чтобы они вводили в заблуждение далёких чужестранцев, сгущая краски или преуменьшая размеры перемен.

Старший купец поклонился и стал приветствовать Изяслава на славянском языке, который более-менее впитал за годы своей купли-продажной деятельности. Всеволод позволил себе остаться подальше от престола, ближе к которому, по другую сторону, стояли Всеслав с Нейолой. Пышные речи и обмен вежливостями текли фоном для Ярославича, пытавшегося подавить в себе неприязнь к язычникам. Его фантазия готова была так разыграться, что он почти чувствовал серный запах и змеиное шипение.

- … у меня так же два письма, - поклонился купец, выводя из наполненных негодованием дум Всеволода. Он сосредоточился на приезжих.

- Официальных? От императора? – поёрзал на своём высоком седалище Изяслав.

- Нет, это приватная почта. Одно – базилевсе (1) Анастасии из дворца, другое – базилевсе Киликии от её семьи.