Читаем Усмиритель душ (СИ) полностью

Юньлань угрюмо прижал к странице ладонь и спросил:

— Откуда он пришёл?

Предыдущая надпись исчезла во вспышке белого пламени. Её заменили другие слова:

«Из невообразимых глубин преисподней.»

Юньлань нахмурился и захлопнул книгу. А затем прибрал комнату и как мог починил свою несчастную рубашку несколькими булавками, а поверх набросил куртку, которую спьяну бросил прямо у входа.

Прибыла скорая, подняв всех остальных, и во всколыхнувшемся хаосе Шэнь Вэя увезли прочь.

На скорую руку успокоив паникующих студентов, Юньлань велел им оставаться с Линь Цзином и поехал в больницу вместе с Шэнь Вэем.

Тот по-прежнему не дышал. Врачи отчаянно пытались его спасти, а Чжао Юньлань стоял в стороне и хранил молчание: ему было прекрасно известно, что с Шэнь Вэем всё хорошо. Просто могущественное существо, обладающее этим телом, опьянело настолько, что лишилось сознания, и тело подобающим образом среагировало на его отсутствие.

Спрятав руку за спиной, Юньлань достал и поджёг талисман призыва. И ещё три, один за другим.

Врачи уже практически смирились со смертью пациента.

Сосредоточившись, Чжао Юньлань достал пятый талисман.

«Блуждающие души, внемлите моему призыву!»

На третье повторение талисман в его руках вспыхнул, и тело Шэнь Вэя отчаянно содрогнулось.

— Сердцебиение! Сердцебиение вернулось! — завопил кто-то.

Вздохнув с облегчением, Юньлань спрятал горстку пепла в карман куртки.

Просыпаться Шэнь Вэй пока не торопился.

В больницу его привезли посреди ночи, и теперь целая вереница докторов суетилась над ним, пытаясь понять, что случилось. Юньлань, ошиваясь вокруг, терпеливо ждал, проклиная свою пьяную голову, решившую вызвать скорую.

Братец Лан, услышав о случившемся, тоже примчался в больницу, и Чжао Юньланю пришлось его успокаивать. Бедный толстяк понятия не имел, что выпивка может уложить тебя на больничную койку, и его лицо позеленело от ужаса, словно несвежий огурец.

***

Очнувшись, Шэнь Вэй осознал, что его опутывают всевозможные трубки, и осторожно сел, избавляясь от них по одной.

— Боюсь, придётся тебе здесь задержаться на несколько дней, — лениво предупредил его знакомый голос. В палате сидел Чжао Юньлань, кутаясь в расстёгнутую куртку и держа в руках кружку с чем-то горячим.

— Мы в больнице? — непонимающе спросил Шэнь Вэй, изменившись в лице. — Я… Сколько я выпил?

— Достаточно, чтобы у тебя остановилось сердце.

— Я…

Шэнь Вэй даже не догадывался, что настолько не переносит алкоголь. А пока он торопливо придумывал оправдание, Чжао Юньлань отставил свою кружку на больничный столик.

— Это я виноват, — сказал он, — ты меня напугал, а я был достаточно пьян и растерян, чтобы вызвать скорую. Этого, конечно, делать не следовало: теперь тебе придётся пару дней играть в пострадавшего и подыгрывать здешним докторам…

Что-то неуловимо изменилось в его голосе.

Чжао Юньлань слегка улыбнулся и тихо добавил:

— Ваша Честь.

Глава 44.

Шэнь Вэй молчал несколько долгих минут, и Юньлань не собирался его торопить — только устроился поудобнее в своём углу. В палате было так тихо, что наручные часы Юньланя, казалось, тикали на весь этаж.

Наконец, Шэнь Вэй вздохнул и взмахнул рукой. В один миг его больничная пижама сменилась знакомым чёрным плащом, а в ладони появилась глефа, и Шэнь Вэй с какой-то откровенной простотой уложил своё древнее оружие на колени.

В этот раз чёрный туман уже не прятал его лица.

— Как ты узнал? — тихо спросил Шэнь Вэй.

Чжао Юньлань долго смотрел на него, сощурив глаза, а затем улыбнулся:

— Я не знал. Зато теперь знаю.

Выражение лица Шэнь Вэя невозможно было описать словами.

— Я, конечно, подозревал. Слишком много совпадений: вспомнить, хотя бы, твоего кукольного посыльного и его появление в пещере Ханьга. Или нашу встречу со стражем преисподней: ты откуда-то знал, куда он ведёт все эти души. А ещё он дважды поклонился нашей машине. Опять же, Чжу Хун умудрилась напрочь забыть о тебе… Вам доступны эффективные методы перемещения, Ваша Честь; должно быть, вы успели побывать на «другой стороне» и вернуться назад незамеченным. Кроме того…

Когда Шэнь Вэй целую ночь смотрел на него в хижине. Именно тогда Чжао Юньлань впервые что-то заподозрил. Однако говорить об этом Палачу Душ было странно, и Юньлань поспешно притормозил и проглотил остатки своих рассуждений.

— И кроме того, твоё сердце остановилось так резко, что моим первым инстинктом было спросить о тебе книгу Жизни и Смерти. Оказалось, что «Шэнь Вэй» — это человек без души из невообразимых глубин преисподней, — припомнил Юньлань, постукивая пальцами по колену. — Если подумать, то подсказки были повсюду.

Палач Душ молчал: кажется, ему нечего было сказать.

Юньланю тоже было не по себе: на него накатило сожаление, что всё происходит так резко и прямо. Стоило вспомнить, что он вытворял перед «Шэнь Вэем» в прошлом и с какой целью… Ему отчаянно хотелось притвориться мёртвым или заявить, что он мистическим образом потерял память.

Юньлань потёр виски: за сегодняшний день он успел натворить столько глупостей, что теперь чувствовал себя настоящим идиотом.