Читаем Усмиритель душ (СИ) полностью

Десять минут спустя удивительно толстый кот протиснулся в дверь местного кафе: морда у него была такая круглая, что глазки на ней едва виднелись, и из-за этого кот выглядел слегка жутковато. Однако глупым людишкам было невдомёк, что такое впечатление Да Цин производил исключительно из-за своего отвратительного настроения.

Официантка едва не споткнулась о его туловище и немедленно всплеснула руками:

— Эй! Ты что тут делаешь? Убирайся немедленно!

Кот смерил её презрительным взглядом и ловко запрыгнул на стойку, а затем стукнул лапкой по столу и, не обращая внимание на ошарашенный взгляд продавца, выплюнул зажатую в пасти бумажку.

Продавец дрожащими руками развернул её и обнаружил, что внутри аккуратным почерком написано: «Пачка молока, упаковка булочек, хлебные палочки. Пожалуйста, упакуйте покрепче. Деньги у кота за ошейником, и сдачу положите туда же. Спасибо.»

Продавец окинул кота долгим взглядом, недоумевая, как среди чёрной шерсти найти толстую шею, и кот, закатив глаза, поднял голову: за парой его вторых подбородков действительно виднелся ошейник, а за ним были аккуратно вложены тридцать йен.

— Смотрите! — крикнул продавец. — Смотрите все! Коты у нас теперь завтраки покупают!

Окружённый зеваками, Да Цин готов был взорваться от ярости и стыда. Чёртовы людишки!

***

Чжао Юньланя разбудил звук закрывающейся двери, и он приоткрыл глаза:

— Кто там?

— Твой кот, — пояснил Шэнь Вэй. — Пришёл тебя проведать. Я отправил его за завтраком. Поспи ещё.

С этими словами он бережно укрыл Юньланя пледом и поцеловал его в лоб, а затем нежно разгладил появившуюся от резкого пробуждения морщинку между его бровей.

Убедившись, что дыхание Юньланя успокоилось, Шэнь Вэй отошёл к окну и присмотрелся к растению на подоконнике, которое пребывало на грани смерти от иссушения. Взяв горшок в руки, Шэнь Вэй обнял его ладонями, от которых исходил молочно-белый свет, и словно долгожданный дождь после засухи помог засохшему растению выпрямиться и наполниться силой.

Шэнь Вэй помыл бутылочку с распылителем и аккуратно обрызгал налившиеся зеленью листья.

Закончив, он заглянул в просвет между занавесками. Улица за окном бурлила жизнью, а вдалеке, на краю мира, там, куда не мог добраться обычный человек, из-под земли к небесам поднимался чёрный туман.

Шэнь Вэй только кратко взглянул на него и предпочёл отвернуться. Здесь, в этой квартире, он чувствовал себя на своём месте: ему было так хорошо, что и умереть прямо сейчас было бы не страшно.

Чжао Юньлань проснулся к полудню — его разбудил запах тёплого молока, которое Шэнь Вэй поставил ему на тумбочку. Какое-то время Юньлань молча смотрел на стакан, а потом вдруг резко сел и спросил:

— Утром… Тут был Да Цин? Что ты, прости меня, велел ему сделать?

Шэнь Вэй, оторвавшись от плана следующей лекции, спокойно взглянул на него поверх очков.

— Попросил купить завтрак.

Чжао Юньлань поражённо застыл, пытаясь вообразить себе эту картинку, а затем потряс головой и заржал, схватившись обеими руками за живот.

— В чём дело? — взволнованно спросил Шэнь Вэй.

— Я просто вспомнил, что вся моя жизнь повесы благодаря тебя пошла коту под хвост. Шэнь Вэй, дорогой мой, ты слишком хорош.

Его голос сочился сарказмом, и сложно было понять, кого именно он пытается зацепить, но Шэнь Вэй так или иначе предпочёл проигнорировать его слова и только улыбнулся: лицо его сияло добротой и целомудрием.

— Малыш, — взмолился Юньлань, кривясь, словно от зубной боли, — прошу тебя, перестань. И не смотри на меня так, я же знаю, какой ты на самом деле ужасный человек!

И Юньлань, держась за поясницу, словно старый дед, с грохотом захлопнул за собой дверь в ванную.

Его телефон зазвонил, когда Чжао Юньлань угрюмо поглощал завтрак, заедая своё уныние.

— Шеф Чжао? — Звонила Чжу Хун. — Да Цин сказал, что вы вернулись. Ты в порядке?

— Угу, — буркнул Юньлань, жуя хлебную палочку. — В чём дело?

— Нужно поговорить. Линь Цзин купил обратный билет на поезд и должен был вернуться в город Дракона прошлой ночью. Утром я позвонила ему, хотела убедиться, что он на месте, но Линь Цзин не взял трубку. Я подумала, что у него просто нет связи: поезд заехал в тоннель или ещё что, но… Он до сих пор не вернулся. И его телефон недоступен.

Чжао Юньлань перестал жевать.

— Он связывался с офисом?

— Нет.

— Вот как, — нахмурился Юньлань.

В уставе спецотдела существовало правило, что в любом деле и на любом его этапе следовало привлекать к расследованию не менее двух человек. Считая Да Цина.

А если кому-то приходилось действовать в одиночку — а такое случалось крайне редко — ответственный обязательно дважды в день связывался с офисом и докладывал о своём местонахождении, прогрессе и потенциальных опасностях.

Может, на Линь Цзина и нельзя было полагаться в мелочах, но к профессиональным обязательствам он относился всерьёз. И не стал бы без причины и по своей воле исчезать из поля зрения команды.

Чжао Юньлань сбросил звонок и набрал Линь Цзину. Номер оказался недоступен. Тогда Юньлань вытащил из кармана декрет Хранителя, макнул палочку для еды в молоко и написал на талисмане имя Линь Цзина.