Самуил хотел было двинуться вперёд. Но в это время выступили на сцену двое молодых людей, которых вёл третий. Самуил и Юлиус узнали в них двух своих университетских товарищей. Тот, кто велел их ввести, обратился к ним с вопросами.

- Вас зовут Отто Дормаген? - сказал он одному из них - Да.

- А вас Франц Риттер? - Да.

- Вы оба принадлежите к Тугендбунду? - Да.

- Как члены союза, вы помните, что обязаны безусловно повиноваться?

- Мы помним это.

- Вы оба из гейдельбергского университета, и оба корпоранты. Вы должны знать двух ваших товарищей, Самуила Гельба и Юлиуса Гермелинфельда?

Самуил и Юлиус молча переглянулись в своём углу.

- Знаем, - ответили студенты.

- Вы оба славитесь как искусные бойцы на шпагах, и вам всегда везло во время ваших студенческих дуэлей.

- Это правда.

- Так вот приказ. Не далее, как завтра, вы вызовете на дуэль Юлиуса Гермелинфельда и Самуила Гельба, под каким бы то ни было предлогом.

Самуил наклонился к Юлиусу и шепнул ему:

- Эта сцена не лишена оригинальности. Только зачем нас заставили при ней присутствовать?

- Вы повинуетесь? - спросил замаскированный человек.

Отто Дормаген и Франц Риттер молчали и колебались. Потом Отто ответил:

- Самуил и Юлиус тоже прекрасно владеют шпагами.

- Льстец! - пробормотал Самуил.

- Поэтому мы и избрали таких двух бойцов, как вы, - ответил на это голос замаскированного.

- Если имеется в виду нанести верный удар, - сказал Франц, - то лучше пустить в дело кинжал, чем шпагу.

- Я думаю, - пробормотал Самуил.

Замаскированный на это ответил:

- Надо, чтобы смерть имела естественное и простое объяснение. Студенческая ссора - самая заурядная вещь и не внушит никаких подозрений.

Студенты все ещё как будто бы колебались.

- Помните, - добавил человек в маске, - что сегодня первое июня, и что через десять дней состоится общее собрание, перед которым мы должны будем испрашивать для вас либо награды, либо наказания.

- Я повинуюсь, - сказали один за другим Франц Риттер и Отто Дормаген.

- Хорошо. Желаю вам доброго успеха. Вооружитесь мужеством. Можете теперь удалиться.

Франц и Отто вышли с тем же самым человеком, который ввёл их. Семеро в масках сидели, не говоря ни слова. Через пять минут тот человек вернулся и доложил, что студенты удалились.

- Введите двух других ратоборцев, - сказал тот же человек, который раньше говорил от имени семерых. Пристав совещания пошёл в ту сторону, где ждали Юлиус и Самуил.

- Пойдёмте, - сказал он им.

Самуил и Юлиус в свою очередь очутились в этой странной зале заседаний перед семью замаскированными.

Глава девятая

Самуил почти тронут

Тот же самый замаскированный человек, который говорил с Францем и Отто, обратился теперь к нашим друзьям:

- Вас зовут Юлиус Гермелинфельд? - обратился он к Юлиусу. - Да.

- А вы Самуил Гельб? - Да.

- Вы принадлежите к Тугендбунду, и, будучи его членами, вы обязаны нам повиноваться.

- Так.

- Вы видели сейчас двух студентов, которые только что вышли отсюда и слышали их имена? Вы знаете, какое обещание дали они на завтрашний день?

- Они обещали шкуру с медведя, которого завтра убьют, ответил Самуил, не упускавший случая позубоскалить.

- Они вас вызовут. Вы будете биться с ними. Вы лучшие Дуэлянты во всём гейдельбергском университете. Убивать их не следует, достаточно тяжело ранить. Согласны ли вы повиноваться?

- Я согласен, - отвечал Юлиус.

- Хорошо, - произнёс голос таинственного незнакомца. - Ну а вы, Самуил Гельб, вы колеблетесь?

- Я? Да, - отвечал Самуил. - Я раздумываю о том, что в сию минуту обращаетесь к нам двоим точь-в-точь с таким же требованием, с каким только что обращались к тем двум, и я тщетно стараюсь уяснить себе, зачем вы натравливаете двух своих на двух своих же. До сих пор я думал, что Тугендбунд был основан не для того, чтобы устраивать петушиные бои, а для чего-то другого, более серьёзного.

- Дело идёт не о том, чтобы шутить и развлекаться, - возразил на это замаскированный, - а о том, чтобы покарать виновных. Мы не обязаны давать вам никаких объяснений. Но будет небесполезно, если вы поймёте причины нашего постановления. Дело идёт о том, чтобы избавить союз от двух ложных братьев, которые предают нас. Союз оказывает вам честь, отдавая вам в руки свою мстительную шпагу.

- Но, позвольте, кому она вручается, эта шпага, нам или им? - спросил Самуил. - Кто поручится нам за то, что вы от них, а не от нас желаете избавиться?

- Ваша совесть. Мы хотим нанести удар двум предателям, и вы сами лучше, чем кто-либо другой должны знать, вы или не вы эти предатели.

- А разве вы не можете по ошибке считать нас предателями, хотя бы на самом деле мы вовсе ими не были?