Читаем Уральское эхо полностью

– А казну Стеньки Разина они не раскопали?

– Пока нет, но, возможно, завтра и до нее доберутся, – в тон ему ответил статский советник.

Коллежский секретарь повеселел:

– Другой разговор… Я к вашим услугам, Алексей Николаевич. А позвольте спросить, вы тот самый Лыков, которого называют пожарной командой Департамента полиции?

– Да как только не называют, Генрих Иваныч. И волкодавом, и пожарным. Скажу лишь, что в уголовном сыске я больше тридцати лет, и те слухи, что я упомянул, мне тоже кажутся неправдоподобными. Вот только начальство мое думает иначе. Однако оно не только мое, но и ваше тоже, поэтому нужно провести дознание. Секретное.

– Понятно. Уже то хорошо, что вы реалист. Где мы и где Лбов? Искать его недобитков надо в Перми.

Лыков пояснил:

– Агентурная информация – хотя, как по мне, то это тоже слухи – утверждает, что лбовцы вложили оставшийся капитал в хищническую скупку золота и платины на уральских приисках. А это уже ваш уезд.

– Золото с платиной добывают аж в трех губерниях: Пермской, Оренбургской и Уфимской. Наш уезд, получается, лишь один из многих.

Алексей Николаевич спросил с нажимом:

– А Березовские рудники?

– Это наши, да, – согласился Рупинский. – И что там?

– Я конфисковал в Петербурге двадцать фунтов губчатой платины. Судя по составу примесей, ее добыли в Березовском заводе.

– И что с того? Правительство этот металл не покупает, манкирует. Девайте, мол, куда хотите. Промышленники и добыли, а потом послали на продажу. Где здесь преступление?

– Платину посылали под видом свинца в обход таможни, – уточнил командированный. – Продавцом выступил известный нам Вырапаев. Он бандит, главарь преступников столицы. У них он называется «иван иваныч». А помогает ему другой опаснейший бандит Шелашников по кличке Граф Платов.

Полицмейстер нахмурился:

– Знаю такого. Но он сейчас у вас в Петербурге.

– Сбежал к вам, зарезав перед этим надзирателя сыскной полиции.

Екатеринбуржец хотел что-то сказать, но питерец опередил его:

– Шелашников выступает здесь главным комиссионером Вырапаева по хищнической скупке. Этот дядя может настроить рояль, как требуется. Он же местный, вырос на прииске в Шайтанке.

– Ох, может. Теперь я вас понимаю. Если Граф Платов сговорится с революционерами…

– Именно, Генрих Иванович. Поэтому условимся так. Сегодня вечером на явочной квартире ротмистра Красновского устраиваем совещание. Приходите с заведующим уголовным столом Татауровым. Жандармы описывают мне политическую обстановку в городе, а вы – криминальную. После этого я ставлю вам задачи.

– Слушаюсь, – подтянулся коллежский секретарь. – Вы сами свяжетесь с ротмистром или это сделать мне?

– Свяжитесь сами, вам это проще. Причем не через телефон, а письмом с курьером. Из ГЖУ ему телеграфировали, ротмистр не удивится. Сообщите мне, и тоже курьером, время и место встречи. Все, Генрих Иваныч, до вечера. О нашем разговоре посторонним ни слова!

Выйдя из полицейского управления, Лыков отправился гулять по городу. Для уездной столицы он был слишком велик и хорошо застроен – впору учреждать Екатеринбургскую губернию!

Турист двинулся пешком к Главному проспекту – парадной вывеске Екатеринбурга. Полюбовался на кафедральный Богоявленский собор, заглянул в глубокую яму напротив него и выяснил, что там выкладывают фундамент нового Гостиного двора. Вышел на обложенную гранитом Плотинку и обозрел знаменитый пруд, обставленный красивыми домами. Среди них выделялся особняк главного начальника Уральских горных заводов. Здание Окружного суда, наоборот, повеселило гостя – он счел его чересчур нарядным. Еще на проспекте Лыков заглянул в ювелирный магазин. Купил там шкатулку из яшмы для супруги и велел посыльному отнести ее в номера Атаманова.

Тут ему подвернулась гостиница «Пале-Рояль» с рестораном, и сыщик отобедал. Кухня его вполне удовлетворила, графинчик горькой английской способствовал хорошему настроению. Даже стало ненадолго все равно, ходит ли за ним по пятам бандит Корявый или получил урок и смылся обратно в столицу.

Полный сил после графинчика, статский советник продолжил гулять по новому для него городу. Тот нравился ему все больше и больше. Приличный театр, красивый Екатерининский собор, магазины с богатыми витринами, особняки местных тузов. Вот только речка Исеть разочаровала: узкая и мелкая, всех окуней с берега видать. А течет по парадной части! После Волги и Невы это выглядело странно. Столица Среднего Урала не имела приличной реки, и это портило впечатление.