— Да. Но без вас. План был такой — Гитлер должен был разгромить сталинский режим, после чего пасть под ударами стран свободного мира. Точно так же, как в семнадцатом — империя пала под ударами Германии. Должны были получить свободу Прибалтика, Украина, Кавказ. Вместо этого — вы захватили половину Европы. Залили всё кровью — своей и чужой. Вы не пожалели двадцать шесть миллионов своих жизней.

Кто её этому учил? Где?!

Но где-то же учили. Причём учили в Британии, в каком-то серьёзном университете. Где-то этому учат.

— И что ты мне предлагаешь? На девятое мая выйти на площадь и крикнуть Зиг Хайль?! Или перенести праздник на восьмое мая, как в цивилизованном мире?

— Напрасный сарказм. Мне плевать, когда вы будете праздновать. Главное не прошлое, главное — будущее.

Ирина показала на лопату

— Отдохнул? Копай.

Я взялся за лопату.

* * *

Могилу удалось выкопать неглубокую. Полметра всего — земля тут как камень, нормальной лопаты нет.

Ирина положила пистолет в сумочку. Забрала у меня лопату…

— Помоги.

Она взялась сзади — и мы вместе сбросили Энн в могилу, которую я вырыл.

— Молитву не прочтёшь? — спросил я

— Не юродствуй. Давай, закапывать. И поехали.

Она посмотрела на часы.

Я сбросил несколько горстей земли в яму, сказал.

— Там в багажнике есть лист железа. Подай, быстрее будет.

Ирина повернулась, пошла к открытому багажнику — и я ударил её монтировкой по голове. Монтировкой — которую держал под сидением, на самый последний случай…

* * *

На вторую могилу ушёл ещё час — Ирину я закопал отдельно. Нехорошо, когда убийца и жертва лежат в одной могиле. Нехорошо.

Разровняв землю, постоял над двумя могилами — ещё двумя могилами, безымянными — в русской земле.

Нехорошо вышло…

Сколько таких могил. А сколько ещё будет…

Мы — зашли слишком далеко…

Господи Иисусе Христе, Посланник Божий. Обращаюсь к тебе с тревогой в душе и надеждой на всемилостивое прощение. Грешу, и не каюсь, ругаюсь и лихо грешу. Прости мне дела, делишки и поступки греховные, но навлеки удачу к делам праведным. Пусть руки держат крепко, ноги не подкашиваются, а разум не подводит. Да прибудет удача в делах и ныне, и присно, и вовеки веков. Аминь!

Аминь.

Исправить уже ничего нельзя. Можно только отомстить.

В сумочке Ирины я нашёл телефон. Хреново, может прослушиваться, но другого телефона у меня не было.

Первым — я позвонил Лёше Вадимову. Про себя скрестил пальцы — Леха не брал незнакомые трубки, принципиально.

Но тут взял.

— Вован. Это ты?

— Был Вован. Да весь вышел.

— Ты зачем охрану снял?

— Были причины.

— Ты в порядке?

— Да, я в город еду. У нас пожар, Вадимыч.

Вад помолчал, переваривая

— Большой?

— До неба.

Вот сейчас все и решится. Мы договаривались. Но языком чесать — это одно. А пойти против всей системы, против всего дерьма, которое что годами, а что и десятилетиями копилось — это поступок.

Для чего все стволы, броню, машины закупали? Вот для этого момента.

— Как работаем? — сказал Вадимыч

— Жёстко.

— И по окрестностям?

— Если сил хватит.

— Добро.

Ну, вот. Один соучастник есть.

— С тобой точно все в порядке?

— Точно. Я Попу звоню

— Понял.

Вадимыч — Попову не доверял. А я — всё-таки верил людям. Но мы договорились, что если что — он уберёт Попова и попробует договориться с МВД напрямую.

И точно такая же договорённость — у меня была с Поповым насчёт Вадимыча. На случай, если тот сдрейфит.

— До связи. Я скоро приеду.

— Когда?

Я посмотрел на часы.

— Думаю, час. Отбой.

Сбросил, набрал Попова. Тот взял не сразу.

— Трезвый?

— Обижаешь. Конечно же, нет.

— Плохо. Очень.

— Да первый раз что ли? Сейчас кофейку — и… Случилось что?

— Пожар случился. Просекаешь? Пожар.

Попов помолчал, уясняя

— Понял. Ты с какой трубы звонишь?

— С левой. Понял?

— Да не дурак. Случилось что?

— Давно случилось, Поп. Ты с нами — или?

— С вами.

— Точняк?

— За кого держишь?

Я выдохнул.

— Нормально, Поп. Сейчас такое время, родной матери не доверяешь. Ты давай… беги в управление и организовывай. По-взрослому — и по всем адресам, какие есть. У тебя все есть.

— Вадим?

— У него тоже все есть.

Упреждая лишнее, сказал сразу

— Не собачиться! Одно дело делаем.

— Ясно.

— Я приеду. Отбой.

Ну… вот и все. План по неконституционному захвату власти в одном отдельно взятом регионе Российской Федерации приведён в действие. Теперь — пан или пропал…

Я обернулся назад… летящую на скорости по трассе машину неумолимо настигал новый день. Развиднелось… наступал рассвет.

Екатеринбург, Россия. 01 сентября 2020 года