Читаем Управляемые полностью

— Милостивый Иисус! — бормочет он против моего рта, мучительно медленно ведя рукой по моей внешней стороне бедра к небольшому треугольнику кружева, который служит, скорее, художественным оформлением моему телу, нежели считается трусиками.

ЧТО? ТЕ САМЫЕ СЛОВА! Когда эта мысль, наконец, доходит до меня, я отшатываюсь, словно вставая на дыбы, и изо всех сил давлю ему на грудь, пытаясь оттолкнуть подальше. Это те же слова, которые я слышала ранее в темной нише в начале коридора. Они ушатом холодной воды обрушиваются на моё либидо. Какого чёрта? Что, к дьяволу, я делаю вместе со случайным парнем в случайном месте? И самый важный вопрос: почему это происходит сейчас, в разгар моего самого важного в этом году мероприятия?

— Нет. Нет, я не могу этого сделать, — делая шаг назад, я дрожащей рукой прикрываю распухшие от его поцелуев губы. Его изумрудные, затемнённые желанием, глаза впиваются в мои. В них моментально зарождается гнев.

— Слегка поздновато, сладкая. Выглядит так, будто ты уже это делаешь.

От его сардонического замечания по мне тут же проносится вспышка ярости. Мне хватает ума сообразить, что я — одна из многих его завоеваний за сегодняшний вечер. Я оборачиваюсь, и от его самодовольного взгляда мне хочется швырнуть ему в лицо пару оскорбительных замечаний.

— Кто, чёрт побери, ты думаешь, я такая? Чтобы так ко мне прикасаться? Использовать меня в своих интересах? — выплёвываю я в него, используя гнев, чтобы отогнать боль, которую сейчас испытываю. Даже не знаю, чем я расстроена больше: своим согласием подчиниться его напору или фактом, что он обманул меня, изобразив лихорадочное состояние, хотя на самом деле развлекался, убивая время? Или мне стыдно потому, что я поддалась его сногсшибательным поцелуям и умелым пальцам, даже не зная его имя? Я никогда бы так не поступила при обычных обстоятельствах.

Раздражающий до бешенства факт: я не знала, на чьи действия больше сержусь — свои или его.

Он продолжает смотреть на меня, кипя от злости, с негодованием глядя мне в глаза.

— В самом деле? — насмехается он надо мной, склонив голову набок и потирая рукой свои губы, скривившиеся в снисходительной усмешке. Я слышу звук от трения его пальцев, скребущих по щетине. — Вот как ты решила поиграть? Разве ты не принимала активное участие в происходящем? Не ты ли почти рассыпалась только что в моих руках? — он язвительно смеётся. — Не обманывай своё маленькое чопорное самомнение, что ты не наслаждалась процессом. Что не хотела большего.

Он делает ко мне шаг, желание позабавиться и что-то ещё более тёмное пылает в глубине его глаз. Подняв руку, он проводит пальцем вниз по линии моей челюсти. Несмотря на естественную реакцию отодвинуться прочь, тепло от его прикосновения вновь воспламеняет тлеющую глубоко в моем животе жажду. Я молча костерю своё тело за такое предательство.

— Давай-ка проясним одну вещь, — рычит он мне. — Я. Никогда. Не. Беру. То. Что. Не. Предлагают. И мы оба знаем, сладкая, что ты себя предложила, — усмехается он. — Охотно!

Я рывком убираю свой подбородок от его пальцев, отчаянно желая быть тем человеком, который к каждому случаю может подобрать правильные, соответствующие слова. Но я не тот человек. Правильные слова обычно приходят ко мне спустя несколько часов, и остаётся только жалеть, что я не произнесла их вовремя. Я знаю, что позже так и случится, потому что сейчас я не могу придумать ни одной фразы, чтобы упрекнуть этого самоуверенного, но абсолютно точно выразившегося мужчину. Он уменьшил меня до состояния комка нервов, тянущихся к нему в просьбе, чтобы он прикоснулся ко мне снова.

— Эта ничтожная беззащитная фигня может сработать с твоим парнем, который считает тебя китайской фарфоровой вазой на полке, хрупкой и приятной на вид. Редко используемой, — он пожимает плечами. — Но признайся, сладкая: это скучно.

— Мой парень… — я запинаюсь. — Я не хрупкая!

— Неужели? — отчитывает он меня, поднимая руку, чтобы удержать мой подбородок на месте, пока вглядывается в мои глаза. — Ты просто думаешь, что ведёшь себя так.

— Отвали! — я дёргаю подбородком в сторону от его пальцев.

— Оооо, да ты маленькая злючка! — Его высокомерная улыбка очень раздражает. — Мне нравятся злючки, сладкая. От этого я хочу тебя намного сильнее.

Вот хрен! Я как раз собиралась заявить ему, какой он, по всей видимости, развратник. И то, что я в курсе о его «знакомстве», состоявшемся в укромном месте в коридоре незадолго до того, как он нашёл меня. В то время как я пристально смотрю на него, где-то в затылке настойчиво долбится мысль, что он напоминает мне кого-то, но я отталкиваю её. Я просто растерялась, вот и всё.

Я уже, было, начинаю открывать рот, как слышу за спиной голос Дейна, который зовет меня по имени. Меня затопляет облегчение, когда я оборачиваюсь и вижу, что он стоит в конце коридора и как-то странно на меня смотрит. Скорее всего, озадачен моими взъерошенным состоянием.

— Райли? Мне действительно нужны те списки. Ты забрала их?