Читаем upload полностью

Пока она доставала аптечку, я собрал инструмент и убрал в машину. Затем женщина довольно сноровисто промыла рану и побрызгала каким-то антисептиком.

– Перевяжу сейчас.

– Не надо, – отмахнулся я. – Так быстрей подсохнет.

– Инфекция может попасть.

– А я аккуратно. Действительно не надо, – я увидел, что она полезла за бинтом. – Это царапина.

– Слушайте, это саванна, тут всякой заразы целый список. Сядет маленькая муха, отложит яйца прямо в рану и потом уже к хирургу идти придется. И хорошо если этим отделайтесь. Все, хватит пререкаться.

Я смирился. Может и вправду ничего не знаю.

– Вы недавно здесь? – спросила она, наматывая бинт.

– Так заметно?

– Да, слегка. Вы откуда?

– Из России. Точнее, из Испании, давно уже там живу. Жил. А вы?

– А я воплощенный Евросоюз, – она усмехнулась. – Австрийское гражданство, но моя бабушка была китаянкой, а мой дед, ее муж, англичанином. Но жили они в Швейцарии, где родилась дочь, которая вышла замуж за наполовину словенца и наполовину немецкоязычного швейцарца. А затем они переехали в Австрию. И в результате получилась я, жившая в Линце.

Ага, а вот и секрет такого интересного разреза глаз вскрылся. И вот эта едва заметная скуластость тоже оттуда наверняка.

– А кем себя сами считаете?

– Не знаю. Местной. Я здесь уже три года. Местных года, длинных. Та жизнь уже немного как сон воспринимается.

– В Порто-Франко живете?

– Да, а вы?

– Тоже. Но всего несколько дней.

– Нравится?

Я чуть задумался над ответом, затем кивнул:

– Скорее да, чем нет. Пока мне здесь интересно.

– Здесь всегда интересно, что мне и нравится. Вы на Базу едете? – спросила она, закрепляя бинт полосками пластыря.

– Да, с грузом пива. Там люди от жажды умирают. А вы оттуда?

Странный вопрос. А откуда ей еще ехать в эту сторону?

– Да, с Базы «Западная Европа», забирала груз, – она показала на коробки в кузове. – У меня магазин оптики на Восточном бульваре, заходите, если что, – она вытащила из кармана бумажник и из него достала визитку. – Вот адрес.

Анита Новак.

– Анита?

– Да, Анита, – улыбнулась она. – А вы?

– Александр. Саша, если проще.

– Как из Александра получается Саша, а не Алекс?

– Пока Александры были маленькими, их звали Алексашами. А дальше лишнее отвалилось.

– Но вы-то большой, – она засмеялась.

– А поздно уже. Это как молочные зубы, выпали и все. Что это? – я прислушался.

Где-то совсем рядом слышалось громкое пыхтение. Прямо вот за машиной, рукой подать.

– Ой, – тихо сказала Анита и потянула с капота свой карабин. – Это к нам.

– Я догадываюсь…

Моя винтовка так и лежит в кабине, как-то не приобрел еще привычки доставать по любому поводу, да и напугать боялся. А теперь почему-то хочется оказаться рядом с ней. Вот просто очень хочется, дальше некуда.

– Пошли, пошли туда…, – я потянул Аниту в сторону своей машины, попутно достав из кобуры «беретту».

Присутствие пистолета в руке уверенности не прибавило, пистолет маленький, а пыхтит что-то большое, очень уж внушительно получается. Когда мы прошли уже почти все расстояние до капота «махиндры», из-за «форда» высунулась чья-то морда. Или рыло. Или не знаю что. И главное, что это было очень большим, голова животного показалась мне размером с половину машины, наверное.

Животное увидело нас, насторожило уши и коротко взвизгнуло, таким вполне себе свинячьим голосом. Мы оказались за машиной одним прыжком, я сунул руку в окно, не дотянулся до завалившеся на трансмиссионный тоннель винтовки, распахнул дверь. С той стороны затопали шаги, смещаясь куда-то в нашу сторону. Тут мне все же удалось схватить СЕТМЕ и я выдернул ее из кабины, сразу прижав к плечу.

– Это что?

– Кабан. Свинья. Они тут такие, – голос Аниты немного дрожал. – Очень опасные.

– А-а, – протянул я чрезвычайно спокойным голосом, пытаясь внушить уверенность в своих силах себе и ей в моих. – Стрелять их можно?

– Можно, – она в мою уверенность поверила и спряталась за моей спиной. – Если нападают.

– Тогда будем стрелять.

Кабан, или свинья, с дробным топотом трусцой пробежал между машин, остановился, принюхиваясь. Ага, а глаза-то у тебя вперед смотрят и шея не ворочается. Унюхать нас надо. Или услышать, судя по тому, как уши заворочались.

Я знаю где у обычного кабана сердце. В принципе. Надеюсь, что и у этого там же, хотя зверюга все же другая, ноги куда длинней, более поджарая, башка не с боков, а сверху сплющена, но передняя часть туловища все равно массивная. Так что вот попробую первым за ухо, а потом просто в переднюю треть и пониже.

Мысль дольше проговаривать, а так она проскочила в голове скорым поездом за секунду, кабан и пары шагов сделать не успел. Винтовка грохнула, резко ударив в плечо, тварь даже не шелохнулась, хотя попал я куда и целился, а затем я, схватив оружие за цевье подальше и вдавив в плечо как на стрельбище, за пару секунд выпустил половину магазина куда-то туда, где по моим прикидками должны были находиться и сердце, и легкие, и лопатка.