Читаем Упасть в облака полностью

За несколько дней до отъезда, возвращаясь после утреннего заплыва, Вера услышала возле дома возбужденные голоса, один из которых показался ей знакомым. Подойдя ближе, около самого входа на кухню она обнаружила разъяренную толпу, в центре которой сверкали разноцветные дреды громко спорившей с кем-то Кит. Маша тоже была тут – она стояла, оперевшись на пальму, и щурилась на солнце, загораживая ладонью заспанное лицо.

Выяснилось, что в соседний дом прибыли новые отдыхающие и их водитель слегка задел автомобиль, который Вера с таким трудом перепарковала в начале отпуска, сработала сигнализация и разбудила девочек. Пока они вскочили, сообразили, что происходит, спустились со второго этажа, открыли кухню, нашли ключи от машины и выключили сирену, они уже услышали о себе много нового из категории «18+» от водителя такси, возмущенного тем, что кто-то посмел оставить машину на пути его следования. Пассажиры оказались людьми воспитанными, поэтому они орали не на Машу и Кит, а на своего шофера, который, как выяснилось, всю дорогу «несся как сумасшедший». От вызова полиции агрессивный водитель отказался и неожиданно для всех резко запрыгнул в свой тарантас и уехал. Народ, собравшийся на шум, высказал предположение, что у него были не в порядке документы. Новые соседи долго извинялись и спрашивали, чем могут помочь.

Царапина была еле заметной и после созвона с Андреем, который, в свою очередь, связался с хозяевами дома и переслал им фото «черногорской трагедии», по указанию владельца транспортного средства было решено признать факт ерундовым и не требующим никакого ремонта. Вера, облегченно выдохнув, пошла в душ, девочки – на море, новые соседи скрылись в своем доме.

Через полчаса Землицына со стаканом свежевыжатого апельсинового сока сидела на террасе и взглядом отлавливала в море огромный надувной матрас с двумя знакомыми девицами на борту, далековато отплывших от берега. На веранде соседнего коттеджа раздались голоса недавно прибывших туристов – видимо, распределившись по комнатам, они вышли передохнуть под тенью средиземноморской растительности. Среди них была одна женщина, которая долго поглядывала на Веру, а потом спросила ее:

– Прошу прощения, мы с вами не знакомы? Я вот все смотрю на вас…

Землицына внимательно на нее посмотрела и пожала плечами:

– Нет, вроде.

– А вас, случайно, не Вера зовут?

– Да…

– Небова?

– Иринка?!

Женщины сорвались навстречу друг другу с объятиями и возгласами радости.

– С ума сойти! Не виделись с того самого лета! Какой это был год?

– Господи, так сразу и не вспомнишь, но в прошлом веке – точно.

Они совсем девчонками были, может, немногим младше Машки сейчас. Вот это встреча! Первым делом выяснили, что по-прежнему живут в одном городе и теперь уж точно не потеряются, что Вере уезжать через трое суток, а Ирина завтра с утра уходит с группой на два дня в поход в горы, так что здесь, на море, на общение можно выкроить только последний Верин вечер или постараться пересечься сегодня попозже. Сейчас – нет никакой возможности: Ирина теперь успешно практикующий психотерапевт, более того, она обучает других специалистов, например, сейчас привезла на семинар целую группу.

– Да ты что! Невероятно! Я тоже недавно выучилась на психолога. Но практику еще не начала. Боюсь…

– Так это тема для обсуждения! Дам тебе волшебный пинок!

Надо же! Вера напрочь забыла, что на самом деле впервые увлеклась психологией не около тридцати лет, а еще в подростковом возрасте! Но ведь тогда это так нелепо закончилось.

В тот же день, ближе к вечеру Вера с Ириной сбежали в кафе на берегу, чтобы поболтать без посторонних ушей: информация, которой они хотели обменяться, точно не предназначалась ни для детей, ни для учеников. Первые часа два подруги детства взахлеб рассказывали о своей взрослой жизни и вспоминали ту удивительную смену в летнем лагере, где им довелось познакомиться.

На самом деле, смена была ужасной: они попали в отряд к истеричной воспитательнице и вожатым-забулдыгам, которые даже общими усилиями никак не могли противостоять браваде тинейджеров. Было впечатление, что нормальных в отряде всего двое – тихая Вера и бойкая Ирина. Уже через несколько дней со скандалом и привлечением полиции и руководства лагеря были отправлены домой несколько подростков, показавших себя с самой аморальной стороны. Оставшиеся дети были совершенно безопасны и так же не интересны. Единственной отдушиной в этом болоте для Ирины и Веры стало общение друг с другом. Благо, в девяностые пионерская организация уже развалилась, и досуг детей оставался полностью на усмотрение руководителей конкретной организации. В данном случае усмотрение состояло в тотальном недосмотре, что позволяло новоиспеченным подружкам не ограничивать себя в длительности общения.