Читаем Untitled полностью

На первый взгляд, "Рыцари" не изменились. Они сохранили всю атрибутику американского мужского клуба - клятвы и должности. Они по-прежнему выступали против системы оплаты труда и верили в кооперативную экономику. Они продолжали оставаться антимонополистической реформистской группой, а также профсоюзом, который принимал нерабочих, если они были производителями. Антимонополисты использовали слово "производитель" для обозначения людей, живущих за счет собственного труда, в отличие от банкиров, лендлордов, спекулянтов и инвесторов, живущих за счет труда других людей, а также в отличие от якобы подневольных рабочих, которые были орудием корпораций. Между ними располагались мелкие торговцы и юристы. Рыцари заботились не столько о классовой принадлежности, сколько о труде и независимости.3

Европейские социалисты, наблюдавшие за внезапным ростом "Рыцарей", были впечатлены, озадачены и забавлены. Фридрих Энгельс, соавтор "Коммунистического манифеста" вместе с Карлом Марксом, считал организацию, убеждения и действия "Рыцарей труда" "американским парадоксом". Их "огромная ассоциация" представляла "все оттенки индивидуальных и местных мнений в рабочем классе". Их конституция была авторитарной, но "непрактичной". Их объединяло "инстинктивное чувство, что сам факт объединения ради общего дела делает их очень большой силой в стране; истинно американский парадокс, одевающий самый демократический и даже бунтарский дух за явным, но на самом деле бессильным деспотизмом". В заключение он сказал: "Каковы бы ни были их недостатки и мелкие нелепости, каковы бы ни были их платформа и конституция, вот они, дело рук практически всего класса американских наемных рабочих, единственная национальная связь, которая держит их вместе, которая дает почувствовать их силу не только им самим, но и их врагам, и наполняет их гордой надеждой на будущие победы".4

Считая "Рыцарей" выражением "практически всего класса американских наемных рабочих", Энгельс оказался проницательным. Рыцари объединяли как чернокожих, так и белых рабочих, как женщин, так и мужчин, как неквалифицированных, так и квалифицированных. Они не ограничивали свое членство ни белыми, ни мужчинами, но рыцари не были открыты для всех. То, кого рыцари включали и кого исключали, многое о них говорит. Победа над Гулдом принесла им новых членов, но и нападки на китайцев тоже.

Если посмотреть на Средний Запад, Восток и Юг, то рыцари казались авангардом хотя бы ограниченного расового равенства; если посмотреть на Запад, то они выглядели совсем иначе. В разное время рыцари с недоверием относились к итальянцам, финнам, венграм и многим другим, но единственной расовой или этнической группой, которую они запрещали принимать в организацию, были китайцы. Китайцы были в основном наемными рабочими, как и они сами, но рыцари считали их совсем не такими, как другие иммигранты или вольноотпущенники. Они рассматривали их не как рабочих, а как кули, виртуальных полурабов, которые подрывали свободный труд. Их нападки на китайцев во многом обусловили их популярность, особенно на Западе, как и их сопротивление Гульду. И то, и другое посеяло почву для Великого переворота.5

Рыцари считали китайцев орудием корпораций. Ограничения на иммиграцию все еще оставляли большое количество китайского населения на западе США, и китайские рабочие, эмигрировавшие на родину или в Мексику или Канаду, сохраняли право на возвращение. Американцы не имели реального контроля над своими южными и северными границами, и китайские иммигранты продолжали пересекать их. Неспособность федерального правительства обеспечить соблюдение запрета на иммиграцию способствовала росту недовольства китайцами.6

Солидарность, которую рыцари проповедовали на Западе, зависела от принадлежности рабочих к белым людям, а не к наемным работникам. По словам Джозефа Бьюкенена, ведущего рыцаря Запада, китайцы заставили его изменить свою веру с братства людей на "Братство людей, ограниченное". В феврале 1885 года городской чиновник в Эврике, штат Калифорния, погиб, невольно ввязавшись в перестрелку между китайцами. В отместку белые горожане изгнали все китайское население, насчитывавшее сотни человек. Затем последовало их изгнание из соседней Аркаты. Потом полгода ничего не было.7

Когда осенью 1885 года вспыхнули массовые беспорядки, рыцари оказались в их центре. Все началось в Рок-Спрингсе, штат Вайоминг, где китайцы, нанятые подрядчиками, работали в шахтах, принадлежащих компании Union Pacific Railroad, вместе с белыми шахтерами, большинство из которых были европейскими иммигрантами. Правила работы, которые, по мнению белых, благоприятствовали